Говорят, что незрячие люди чувствуют мир острее. Но сегодня в Гиссаре они чувствуют только холод и собственную беспомощность. Комбинат, дававший работу и хлеб — разворован, участки земли проданы или сданы в аренду. Он выглядит так, словно по нему прошёл отряд мародёров. «Азия-Плюс» посетила это унылое место.

Гиссарский учебно-производственный комбинат (УПК) слепых — предприятие, некогда обеспечивающее работой людей с инвалидностью по зрению. В разные годы здесь трудилось от 170 до 400 человек. Вокруг комбината вырос посёлок «Хаёти нав» с собственной инфраструктурой. Вся территория занимала 42 гектара, но, сколько земли осталось в данный момент — неизвестно. По словам местных жителей, директор УПК совместно с председателем общества слепых распродают помещения и казённую землю, а соответствующие структуры на это никак не реагируют, ссылаясь на то, что предприятие находится на самообеспечении. 

Сам директор — Исрофил Содиков — опровергает эту информацию.

Начало конца

УПК слепых в Гиссаре был построен в 1970-е годы. Он функционировал во времена СССР, обеспечивая работой людей с нарушениями зрения, и контролировался Министерством социального обеспечения. В настоящее время предприятие находится в аварийном состоянии, а его деятельность давно прекратилась. Конец эпохи начался в 1991 году, когда комбинат перевели на хозрассчёт. В те годы всем было тяжело, но о людях, живущих в темноте, просто забыли — государство лишило их всяческой поддержки.

«Тогда у нас было 1350 тонн жестяного сырья для производства крышек. Тогдашний директор продал сырьё, запасов которого хватило бы до 2018 года! Всё растащили, всё разворовали, а потом стали дома и здания разрушать и выкорчёвывать последнее. Две котельные у нас было — недавно разрушили! Всё это без разрешения. То, что было предназначено для инвалидов, разгромили, раскурочили и построили для себя «крепости», — рассказывает Амиршо Гафуров незрячий житель поселка Хаёти Нав.

ИЗОБРАЖЕНИЕ

Когда-то он работал в УПК мастером по изготовлению металлической сетки, затем занимал должность председателя махалли. В 2016 году у него развилась гангрена ноги, и её пришлось ампутировать. Однако, по его словам, если будет станок и хотя бы небольшой цех — он готов работать. 

Каждый месяц Амиршо получает пособие, которого не хватает на курсы лечения (4 раза в год) и оплату дорогостоящего препарата, который по закону ему полагается бесплатно. Кроме этого у него есть семья — супруга инвалид по зрению и младший сын, который ходит в школу. Старшие дети на заработках в России, но и им сейчас непросто содержать семью. 

Амиршо живет в небольшой квартире в доме на территории Гиссарского учебно-производственного комбината слепых. Здание старое, крыша течёт, водоснабжение оставляет желать лучшего, трубы часто засоряются, с электроэнергией постоянные проблемы. Он — один из немногих, кто пытается достучаться до вышестоящих инстанций, но они, как он отмечает, словно брезгуют незрячими. Поэтому Гафуров обращается в СМИ, с надеждой на то, что его голос будет услышан.

Безжизненно и пусто

Во времена Советского Союза в УПК поставлялось сырьё и запчасти со всех уголков страны. Но с 1991 по 1995 годы поставки прекратились, и предприятие пришло в упадок. Если при СССР материалы стоили копейки, то после его распада новоявленные бизнесмены повысили цены. Половину распродали, половину раздали работникам вместо зарплаты. 

Лишившись работы, ощутив нужду, голод и потерю собственной значимости, многие незрячие пошли на паперть просить милостыню. Однако несколько человек, во главе с Амиршо Гафуровым не сдаются и сегодня — обращаются в Агентство по борьбе с коррупцией, прокуратуру, предоставляя доказательства самоуправства своего руководства, но ответ один: «Ваше предприятие самостоятельное, разбирайтесь сами». 

Из Хукумата тоже никто не приходит, несмотря на многочисленные приглашения. По словам незрячих, их проблемы никого не волнуют, им приходится выживать на мизерную пенсию и редкую помощь добрых людей.

«Сейчас наше основное желание, чтобы в посёлок и на комбинат приехал уважаемый Эмомали Рахмон. Чтобы везде прошёлся, увидел всё своими глазами. Может тогда что-то изменится? — говорит Нозимджон Шарифов, бывший директор Дома культуры. — Вот только надо, чтобы никто об этом не знал и не успел подготовиться. А так, когда президент приезжает в Гиссар, нас за 10 метров к дороге не подпускают!

Я написал ему письмо, вот только не знаю, как передать так, чтобы оно попало лично в его руки. Там я описал всю ситуацию с УПК и рассказал о махинациях директора Исрофила Содикова и председателя общества слепых Нармуродова. Кроме президента нам уже никто не сможет помочь!»

Если в 2018 году, во время последнего репортажа «Азия-Плюс» какая-то часть главного цеха нуждалась лишь в ремонте, и оставалось кое-какое сломанное оборудование, то теперь от него нет и следа.  Цех не просто разрушен — он тщательно «обглодан до костей» и остались лишь бетонные стены и дырявая крыша.

В месте, где когда-то трудились люди, привыкшие жить в темноте, украдены не только оконные рамы и двери, но и полы выкорчеваны до основания. Под ногами хрустят тысячи никому ненужных консервных крышек, валяющихся вперемешку с резинками. Это последние свидетели того, как чуткие руки незрячих создавали необходимые мелочи для народного потребления. Внутри здания завывает ветер, а из стен торчат остатки проводов, похожие на костлявые пальцы.

Бизнес на руинах надежды

Сегодня, по словам Гафурова и Шарифова земли комбината распродаются по частям, а обветшалые помещения цехов и складов сдаются в аренду под мастерские. 

Между тем, пока кто-то считает прибыль, бывшие мастера считают последние копейки. Самая горькая часть истории, что большинство людей, которые десятилетиями гордились своим трудом, теперь вынуждены стоять на рынках Душанбе с протянутой рукой.

ИЗОБРАЖЕНИЕ

Отнятый магазин и обветшалый ДК

Ещё в начале 90-х власти построили и подарили Обществу слепых магазин. Затем он был продан какому-то бизнесмену, превратившему его в бар. Там продают спиртные напитки, шумно и по ночам много пьяных, справляющих нужду прямо на стены расположенного рядом дома культуры и забор детского сада. При этом в посёлке «Хаёти нав» нет собственного участкового, а когда недовольные инвалиды пошли жаловаться в МВД по поводу бара, комиссия, после проведения проверки обвинила их в клевете.

Бывший начальник Дома культуры УПК слепых Нозимджон Шарифов рассказал, что до 1996 года здесь были различные художественные и музыкальные кружки. Но сейчас здание находится в аварийном состоянии.

Теперь, по его словам здесь изредка проводятся какие-то собрания или концерты. На втором этаже была библиотека, и уже в 2018 году в ней оставалась лишь малая часть книг, которые хранились здесь раньше. Однако протечка в крыше сделала и их непригодными для чтения. 

Между тем директор УПК Исрофил Содиков рассказал «Азия-Плюс» что недавно внутри помещения дома культуры был сделан ремонт за счёт Общества незрячих Таджикистана, в общем на это было выделено 110 тысяч сомони. В доказательство он предоставил фотографии. 

ИЗОБРАЖЕНИЕ Отремонтированное помещение Дома культуры

Он также сказал, что скоро в ДК откроется музыкальный кружок и шахматно-шашечный клуб для незрячих. Однако из-за нехватки средств ремонт до конца не был закончен.

«Всё было разворовано до меня»

Директор УПК прокомментировал прозвучавшие обвинения. Он рассказал, что возглавлял предприятие в 1994-2000-м годах, когда ещё шло производство из оставшегося сырья. В 2020-м его снова пригласили на пост директора, и к этому моменту всё было разворовано. А полы в главном цеху, по его словам, просто сгнили до основания от дождевой воды, проникающей через дырявую шиферную крышу. 

Директор утверждает, что на момент его предыдущего правления жестяное сырьё (1000 тонн), оставшееся со времён СССР было использовано при изготовлении консервных крышек. 

«Жесть нужно было лакировать, для этого был подписан договор с Худжандским консервным заводом, у которого было оборудование. В нем говорилось, что 30% готовой продукции завод оставляет себе в качестве оплаты. Поэтому, УПК незрячих в Гиссаре осталось только 700 тонн, из которых какое-то время выпускались крышки», — говорит он.

ИЗОБРАЖЕНИЕ

Тогда люди ещё работали и получали зарплату, затем началась безработица из-за отсутствия сырья. На момент управления Содикова на комбинате, по его словам, трудилось 445 работников, 200 из которых были зрячими.

«Когда я вернулся, всё уже было разрушено. От станков остались голые станины (столы). У меня есть акт от Центрального управления общества слепых, где описано всё, что я принял, вернувшись на должность. Два последних новых станка покупал я, до своего ухода. А вернулся — их тоже нет! Верите или нет, но у меня выступили слёзы. Однако все станки у нас были устаревшими, потребляли много электроэнергии и не могли бы конкурировать с современными», — говорит он.

ИЗОБРАЖЕНИЕ

Он отмечает, что Управление общества незрячих состоит 19 человек и все решения тут принимаются сообща, «и  землю УПК, которая принадлежит государству, мы продавать не имеем права. Мы хотели передать ее часть одной строительной компании под строительство жилого дома, за что они обещали нам отремонтировать цеха. Но это было на словах и дальше дело пока не пошло». 

«Цеха мы сдаём в аренду, но даже этих денег не хватает на десяток сотрудников конторы. Я и сам 5 лет не получал зарплату. Сторожа у нас нет — никто не хочет работать бесплатно. Потому всё и разворовано. Но налоги нам приходится платить. Сейчас у нас абсолютно нет финансов на восстановление и налаживание какого-либо производства в УПК. Предприятие могут спасти меценаты, готовые оказать нам помощь и обеспечить работой незрячих», — пояснил Исрофил Содиков.

ИЗОБРАЖЕНИЕ

Незрячие много лет ждут, что общество и государство перестанет быть слепо к их проблемам, и комбинат, где когда-то кипела жизнь, вновь заработает. Тогда сотни людей, лишенных зрения, снова найдут  работу, а с ней и смысл собственного существования.