«Сейчас в трудовой миграции находятся почти 2 миллиона – это целая страна. У них нет никаких социальных пакетов, наши мигранты как оставались бесправными, так ими и остаются».
Недавно в Душанбе побывал председатель Общероссийского общественного движения «Таджикские трудовые мигранты» Каромат Шарипов.
— Вас в Таджикистане не было почти 13 лет. С чем связано столь долгое отсутствие, и какова цель вашего визита на родину?
—
Причина моего долгого отсутствия известна. Просто из меня сделали оппозиционера. Какой же я оппозиционер? Просто многим не понравилась наша деятельность, то, что наша организация развивалась, становилась сильной.
В Душанбе приехал, чтобы принять участие на процессе московского журналиста Лилии Бутько. Речь идет о публикации фальшивой статьи под названием «Кто истинный режиссер незаконной деятельности Каромата Шарипова?», — автором которого был назван российский журналист. Бутько не является автором статьи, а эта статья – явно заказная, направленная против меня.
— А почему это дело рассматривается в Таджикистане?
— Этот судебный процесс инициирован в Таджикистане не потому, что не может быть рассмотрен в суде России, а для того, чтобы привлечь внимание правительства Таджикистана к тому факту, что в среде таджикской диаспоры России существуют враждебные силы, работающие на раскол, а не национальное примирение.
Кроме того, эта статья является разжигателем межнациональной розни между Россией и Таджикистаном.
— Как известно, у вас были разногласия с представителями таджикского правительства в России. Что изменилось после утверждения Миграционной службы РТ в России, ведется ли сотрудничество?
— Контактов почти никаких. Этот вопрос мало кого волнует. Да, мы нуждаемся в поддержке таджикского правительства, чтобы совместно как то продвинуться вперед, но этого нет. Происходящее их устраивает. Проблемы остаются. Почему так? Нас стараются не замечать, даже в буклетах для мигрантов, которые выдаются в таджикских аэропортах, нет наших данных. А ведь наша организация одна из крупных, и наши представители работают почти во всех регионах России. Что касается Миграционной службы, я считаю, что работа комитета оставляет желать лучшего. Прежде всего, это касается кадрового вопроса. В комитет нужно было набрать юристов, адвокатов, которые профессионально защищали бы интересы мигрантов.
— В России сейчас действуют десятки организаций, движений, которые созданы с целью защиты прав наших сограждан, но судя по данным, публикуемым в СМИ, и рассказам вернувшихся на время мигрантов, больших изменений в лучшую сторону не видно.
— Конечно, тут есть и объективные факторы. Первое – это гражданская война и ее последствия. Мигранты, которые прибывают в Россию, не готовы к жизнедеятельности в этой стране. Судите сами – более 90 процентов наших соотечественников, прибывших в Россию, не знают русского языка. Отсюда – многие проблемы. Кроме того, многие не имеют профессий и готовы работать в самых тяжелых условиях – грузчиками, разнорабочими, дворниками и так далее.
|
|
И хотя большинство наших мигрантов знают, куда идут, имеют определенное место работы, около 500 тысяч находятся практически в рабском положении.
В этом деле работы только общественных движений недостаточно. Нужна государственная поддержка, четка изложенная и выполняемая программа защиты прав таджикистанцев. Ведь сейчас в трудовой миграции находятся почти 2 миллиона – это целая страна. У них нет никаких социальных пакетов, наши мигранты как оставались бесправными, так ими и остаются.
— А что делает ваше движение для улучшения положения наших соотечественников в России?
— Мы помогаем мигрантам, находим работу, хотя иногда приходится констатировать, что наши соотечественники не всегда согласны работать на предложенных нами объектах. 18-20 тысяч рублей – этого мало и в чем-то они правы. Им надо платить за жилье, на питание. По этой причине многие мигранты ищут частные работы с более высокой зарплатой, согласившись на более тяжелые условия труда и быта.
В этом случае мы защищаем их интересы в случае ущемления прав со стороны работодателей. Наша организация решает проблемы с возвратами долгов работодателей таджикским мигрантам.
Сейчас рассматриваем заявления соотечественников о невыплатах на общую сумму более 400 миллионов рублей. Мы работаем над тем, чтобы эти долги были возвращены. В прошлом году вернули 87 миллионов рублей, а это большая сумма.
Ведется работа по защите наших граждан от других форм беззакония.
У нас работает сайт, выпускаем газету. В них мы даем советы нашим соотечественникам в России, освещаем их жизнь, проблемы.
— Что вы можете предложить для улучшения ситуации?
— Мы ведем работу с представителями российских властей. Россия хочет развивать русский язык в других странах. Мы предложили с помощью российского правительства увеличить часы русского языка в школах Таджикистана, особенно в регионах, организовать ПТУ, где наши соотечественники могли бы пройти курсы изучения русского языка, плюс приобрести специальность.
К сожалению, сегодняшняя ситуация удовлетворяет многих, в том числе и чиновников как России так и Таджикистана. На мигрантов стараются нажиться все, начиная от бюрократов, наших же посредников, до начальников ЖЭКов, стройплощадок. Законы, действующие в России, не отвечают интересам ни работодателей, ни самих мигрантов.
— Вас обвиняют в том, что вы якобы сотрудничаете с российскими спецслужбами, насколько эти обвинения имеют под собой основания?
—
Мы ведем совместную работу с российскими структурами, в том числе и силовыми. Но посудите сами, если в каком-либо государстве будет действовать организация, которая объединяет тысячи иностранных граждан, она будет работать без какого-либо контроля со стороны местных властей? Наше сотрудничество с силовыми структурами направлено, прежде всего, в предотвращении нарушений законов со стороны таджикских мигрантов. И это в интересах не только российской стороны, но и наших граждан.
