Дагестанский специалист Юсуп Абдусаламов сложил с себя полномочия главного тренера сборной Таджикистана по вольной борьбе. Главную причину своего ухода он объяснил тем, что «в федерации нет понимания того, как развивать борьбу в Таджикистане».
О причинах своего решения известный в прошлом борец, серебряный призер Олимпийских игр в составе сборной Таджикистана, а ныне наставник и преподаватель тренерских семинаров UWW рассказал в интервью wrestdag.ru.
— Почему так быстро ушли? Что не так пошло? Ведь вы хорошо знакомы с системой организации спорта в этой стране, местным менталитетом, уровнем финансирования и т.д. Что вы всё-таки не учли, соглашаясь на эту должность?
— Знаете, в свое время, будучи спортсменом и выступая за Таджикистан, я столкнулся со всеми трудностями, связанными с организационными и финансовыми вопросами, которые существовали в таджикской борьбе. Я прекрасно понимал, с чем мне придется иметь дело.
Единственный мотив, который мною двигал, это было огромное желание завоевать олимпийскую медаль для этой страны.
Для меня это принципиальный вопрос и как для тренера, который всю свою тренерскую деятельность направил на достижение максимального результата, и как для спортсмена, который стал серебряным призером за Таджикистан и является неотъемлемой частью этой страны.
Я не могу объяснить свою привязанность и теплое отношение к этой стране, к людям, но, принимая решение, я руководствовался только этим мотивом, я даже не обсуждал финансовые условия личного контракта, просто согласился с тем, что было предложено федерацией, так как единственной моей целью был результат.
Добавил уверенности еще тот факт, что за много лет сменилось руководство федерации борьбы.
Мне позвонили из НОК Таджикистана и заверили, что на этот раз всё будет действительно серьезно, так как на самом высоком государственном уровне заинтересованы в развитии основных четырех видов спорта: дзюдо, бокса, тхэквондо и борьбы, и работа будет целенаправленно идти на достижение олимпийского результата.
Зная, что здесь есть хороший материал, с которым можно работать, и, следовательно, выстроить систему подготовки борцов, мы оперативно пригласили двух легионеров, чтобы иметь возможность сформировать вокруг них национальную команду уже на эту Олимпиаду, так как времени критически мало.
У меня оставалось только два открытых вопроса, которые мне нужно было для себя прояснить, чтобы приступить к работе — это календарь подготовки и минимальный бюджет, который может быть выделен на подготовку команды. В ответ на это руководство федерации пригласило меня на переговоры, чтобы на месте все обсудить, дать мне возможность посмотреть ребят, так как был чемпионат Таджикистана, и определиться на месте окончательно.
Я прекрасно понимаю, какие проблемы с финансированием борьбы в Таджикистане. Учитывая это, составил календарь: по возможности минимизировал перелеты команды, распланировал сборы так, чтобы минимальному количеству членов команды нужно было оплачивать пребывание на них, планировал сборы там, где должны проходить соревнования, сократил, несмотря ни на что, количество стартов до чемпионата мира, запланировал достаточное количество местных сборов, а также проведение открытого Кубка страны за счет спонсоров, на который собирался привлечь иностранцев, чтобы дать возможность большему количеству своих спортсменов принять участие в международном старте.
Я предоставил календарь и поставил вопрос о количественном составе команды, которая будет целенаправленно готовиться к лицензионному чемпионату мира и далее к отборочным турнирам. После чемпионата Таджикистана я определил шесть человек, которые реально способны показать результат, и попросил обеспечить бюджет на их подготовку. На что я получил одобрение и полное согласие, меня заверили, что всё будет, и переживать не за что.
Но как только я покинул Таджикистан и приехал на первый запланированный сбор в Хасавюрт, до меня начала доходить информация о том, что ребята, которые составляют костяк команды из шести человек, будут проходить подготовку самостоятельно — легионеры у себя в регионах, а их участие в соревнованиях за собственный счет.
Несколько других человек будут готовиться в зависимости от того, выделят ли средства их спонсоры, а на мой счет поступили рекомендации приехать в Таджикистан и тренировать юниоров и оставшихся двух-трёх борцов взрослой команды на месте.
Также сообщили, что открытый Национальный кубок тоже нет возможности провести, а сбор перед чемпионатом мира проведём в Якутии, так как федерация рассматривает возможность привлечь в команду ребят из этого региона, и оттуда вылет прямо на чемпионат мира.
Конечно, такого рода функционирование сборной команды меньше чем за полтора года до Олимпиады мне было сложно представить. Я допускаю, что отдельные борцы-легионеры могут показать результат, но это не целенаправленная подготовка спортсменов, это не формирование системы вида спорта, которая необходима в стране, чтобы развивать борьбу, популяризировать её и закладывать фундамент, который позволит готовить своих ребят самого высокого уровня.
Я понял, что мало на что могу повлиять, в том числе даже на текущие вопросы жизнедеятельности сборной. Получается, что в конечном итоге, за результат отвечает главный тренер, а кто-то, кого не найдешь, решает какой календарь необходим для подготовки команды, кому, где и когда проходить сборы, кого брать в команду, и это неправильно и несправедливо. Исходя из всей этой ситуации, я просто не видел смысла моего дальнейшего пребывания там.
— А что же новый президент федерации, о котором вы лестно отзывались в недавнем интервью?
— Вышесказанное не имеет к нему отношения, этот человек достоин уважения, он пришел с искренним желанием развивать борьбу в Таджикистане. Просто он не из спортивной сферы и не знает систему спортивного функционирования, а главная проблема заключается в том, что у него нет команды.
— Вам не кажется, что ситуация с вашим уходом с должности главного тренера Таджикистана похожа на ту, что была в 2008 после Олимпийских игр? Нет чувства горечи или обиды?
— Нет, думаю, что нет. Я реально оцениваю ситуацию и вижу, что в федерации нет понимания того, как развивать борьбу.
Я приложил все усилия, чтобы быть услышанным, а требовать чего-то, доказывать мне не хочется. После этого не остается сил непосредственно на работу. Я слишком бываю требовательный и к спортсменам, и к федерации, но я настолько же требовательный и к самому себе.
Мой опыт показал, что мелочей в большом спорте не бывает, это всё будет сказываться на результате. Но что бы ни было, я всегда помогал и буду помогать и федерации, и спортсменам, и тренерам Таджикистана, если будет в этом необходимость.
Этой весной оставайтесь с нами в Telegram, Facebook, Instagram, Яндекс.Дзен, OK и ВК
