Специалисты Института зоологии и паразитологии Академии наук показали «АП» серпентарий при этом учреждении, который недавно возобновил свою работу, и рассказали, как в Таджикистане добывают змеиный яд и зачем это нужно.
Вообще, серпентарий при Институте зоологии и паразитологии имеет славную историю. Он был открыт еще в 80-е годы прошлого века, и к развалу Союза в его запасах было собрано около двух килограммов змеиного яда. Это невероятное количество, с учетом того что, во-первых, масса яда определяется по весу сухого остатка, а этот вес в среднем в 5 раз меньше исходного веса жидкого яда; а во-вторых, одна дойка змеи позволяет получать не более 5-10 миллиграммов яда.
Тогда же в лаборатории при институте проводили различные опыты, связанные с применением змеиного яда в медицинских целях; например, из яда гюрзы был разработан уникальный препарат, ускоряющий заживление ран и ожогов.
Одним из организаторов всего этого процесса в республике был Александр Баутин (ныне – Крафт. – Ред.) — известный в научный кругах постсоветского пространства специалист-герпетолог, который уехал из Таджикистана в годы гражданской войны. Кроме серпентария при институте Баутин построил и вольер под открытым небом — участок земли за специальной оградой, где были созданы условия, близкие к тем, в каких обитают животные на природе. Кстати, в таких вольерах змеи живут дольше, чем в закрытых помещениях. Этим вольером в институте в теплое время года пользуются и сейчас.
— Александр был очень увлеченным специалистом, у него на руке не было указательного пальца — результат укуса змеи. Это произошло далеко от города, ему пришлось сделать надрезы на пальце, чтобы яд не распространился дальше по организму. В результате палец стал высыхать, и его пришлось ампутировать, — вспоминает Рустам Муратов, кандидат биологических наук, заведующий отделом экологии наземных позвоночных животных института.
«Противоядие нашли только в 201-й РВБ»
Во время гражданской войны серпентарий прекратил свою работу. У института не было ни средств, ни необходимых условий, чтобы продолжать работу своей змеиной фермы. К ней удалось вернуться только несколько лет назад; теперь в серпентарии снова живут 13 ядовитых змей – гюрзы и кобры. Электричество сюда подают бесперебойно, так как институту выделена «красная линия».
Пока здесь была проведена только одна экспериментальная дойка; проводить чаще не получается: нужны средства, чтобы создать условия для сушки полученного яда и его хранения. Кроме того, по словам Муратова, в республике змеиный яд не используют в производстве, а реализовать его на международном рынке – достаточно проблематично, так как на нем присутствует жесткая конкуренция. Это связано с высокой стоимостью этого продукта, например один грамм яда гюрзы стоит порядка 650 евро.
В Таджикистане есть компания, которая занимается добычей змеиного яда, она находится в Хатлонской области, в ее серпентарии содержатся порядка 200 особей; сообщалось, что в год здесь получают до 300 граммов яда. Эта организация начала свою работу в 2013 году, все ее сотрудники прошли обучение в Индии.
Впрочем, производством медицинских препаратов на основе змеиного яда (гюрзотоксина) и здесь не занимаются; этой работой занимались в 90-х годах в Минздраве республики, тогда были получены хорошие результаты.
А вот антизмеиную сыворотку не производили в нашей стране даже в советские времена. Муратов объясняет, что раньше антизмеиные сыворотки привозили в Таджикистан из других регионов СССР; сейчас найти противоядие в республике очень проблематично.
— В прошлом году мне позвонили знакомые и сказали, что в Варзобе женщину укусила гюрза и срочно нужно противоядие, — рассказывает он. – Антизмеиной сыворотки у нас в институте нет, так как она очень дорогая, а срок ее хранения ограничен — не более полугода. По этой же причине сыворотку не покупают и местные аптеки. В общем, потом оказалось, что противоядие нашли только в 201-й РВБ, и женщину спасли.
Кстати, антизмеиная сыворотка — это очищенная сыворотка крови иммунизированных животных, чаще всего лошадей, которым в течение определенного времени вводят в небольших дозах змеиный яд, стимулируя образование антител. Эту сыворотку затем вводят пострадавшему от укуса змеи, и антитела из крови иммунизированной лошади нейтрализуют яд уже в крови человека. Причем сыворотки от укуса гюрзы и кобры разные и ни в коем случае не взаимозаменяемые.
«Кобра кусает дураков»
Сейчас змеи в серпентарии института только проснулись после зимней спячки. Чтобы приблизить их жизнь к природным условиям в осенне-зимний период специалисты института понижают в серпентарии температуру.
Змеи пока слабые, но это не мешает кобрам принимать свою знаменитую позу и шипеть на весь серпентарий, как только сотрудники института открывают стекло к ним в вольер.
— Кобра – змея благородная, она просто так не кусает, экономит свой яд, сначала предупредит шипением, может даже сделать несколько ложных выпадов в сторону потревожившего ее объекта или даже ударить мордой и только потом укусит, поэтому считается, что кобра кусает только дураков, — рассказывает специалист. – А вот гюрза намного опаснее, она реагирует на движение и тотчас кусает, без предупреждений.
И кобра, и гюрза включены в Красную книгу Таджикистана как исчезающие виды змей, поэтому на отлов этих животных в стране существует определенная квота. Обе они чрезвычайно ядовиты, только действуют их яды по-разному: яд гюрзы приводит к сворачиванию крови, яд кобры вызывает паралич. Поэтому дойка змей – это достаточно опасная работа, хотя у опытного специалиста она занимает не больше пары минут. Змею берут за шею непосредственно за головой, она широко раскрывает пасть, в которую быстрым движением вставляют край фарфоровой чашечки так, чтобы ядовитые зубы прилегали к внутренней поверхности сосуда. Для более полного опорожнения ядовитых желез дополнительно массируют пальцами места их расположения.
Дойку змей производят также и с помощью электрического тока. Для этого после прижатия верхней челюсти змеи к краю чашечки к слизистой оболочке пасти прикладывают с помощью специального пинцета два электрода, к которым поступает ток напряжением в 6-8 вольт. Считается, что этот способ более удобен, быстр и менее травмирует змею. Кстати, при должном уходе и кормлении после изъятия яда змея восстанавливается в течение нескольких суток.
