Итоги визита российского президента Владимира Путина в Туркмению превзошли самые смелые ожидания. Россия на ближайшие годы остается монополистом в газовой сфере. 12 мая на встрече в городе Туркменбаши в ходе трехсторонней встречи Россия–Казахстан–Туркмения был создан новый газовый союз. Президенты Владимир Путин,
Нурсултан Назарбаев
и Гурбангулы Бердымухаммедов подписали соглашение о строительстве Прикаспийского газопровода вдоль восточного побережья Каспия. Туркменский газ через Казахстан и Россию будет поставляться в Европу начиная с 2008 года.
Российской делегации удалось убедить туркменских коллег в том, что Прикаспийский газопровод гораздо выгоднее Транскаспийского, который может пройти по дну Каспия, через Азербайджан, Грузию и Турцию, минуя Россию, и который лоббируется США и Европой. Выгоднее хотя бы потому, что предварительная стоимость первого оценивается в 1 млрд. долл., а второго – в 10 млрд. По словам главы «Газпрома» Алексея Миллера, «вряд ли найдутся инвесторы на такую сумму».
Впрочем, как отметил глава Минпромэнерго Виктор Христенко, выгода для Туркмении очевидна. Этот маршрут короче, чем трубопровод Средняя Азия – Центр, поскольку идет из юго-восточной Туркмении от Давлетобада вдоль узбекской границы, дважды пересекая Узбекистан (в районе Бухары и Каракалкапии) и дальше через Устюрт в Казахстан.
Фактически новый газовый союз отодвинул реализацию Транскаспийского трубопровода на неопределенное время. Правда, Туркмения пока официально не отказалась от его строительства. Во всяком случае, у Туркмении при прокладке Транскаспийского газопровода значительно меньше шансов на позицию по отстаиванию цены. «Государство небольшое, поэтому транснациональным компаниям и вообще иностранным государствам в контактах с Ашхабадом проще разбираться с небольшой страной, чем иметь дело с Россией», – отметил «НГ» аналитик Российского института стратегических исследований Аждар Куртов.
Не стоит сбрасывать со счетов и множество рисков в случае строительства Транскаспийского газопровода. Во-первых, морская прокладка значительно дороже. Во-вторых, дальше он пойдет по Азербайджану, а затем в Турцию, где горная местность и перманентные землетрясения. «Помимо природных рисков существуют еще и политические. Регион достаточно нестабильный. Обостряется ситуация вокруг Ирака, плюс иранский фактор, плюс курды, которые поднимают голову. Все это отрицательно влияет на возможности инвесторов вкладывать в эту трубу», – отметил российский эксперт.
Кроме того, Каспийское море – это озеро. Это значит, что и у России, и у Ирана остается возможность влиять на позиции Ашхабада юридически, то есть препятствовать строительству трубы по дну Каспия, считает Куртов. Поскольку существующие договоренности между Россией и Казахстаном, Россией и Азербайджаном касаются работ, связанных с геологоразведкой и добычей углеводородов, но не с прокладкой трубопроводов, этот вопрос еще не урегулирован. Необходимо учитывать и вопрос спорных месторождений между Баку и Ашхабадом.
Предваряя толки о «политизированности» соглашения и вообще самой встречи в Туркменбаши, президент Казахстана Нурсултан Назарбаев заверил журналистов в том, что расширение центральноазиатских газопроводов – это «чисто прагматический, бизнес-коммерческий проект». «Здесь нет никакой политики», – подчеркнул казахстанский лидер.
В то же время, по мнению аналитика Российского института стратегических исследований Аждара Куртова, «битва за Каспий» еще не закончена. По его словам, «проектов с туркменским газом, альтернативных основной существующей трубе Средняя Азия – Центр, появлялось много, но реализован был единственный маломощный трубопровод в Иран. И заявление президента Туркмении нужно понимать так, что он продолжает рассматривать все альтернативные варианты». Если со стороны западноевропейских или американских компаний будут предложены более привлекательные условия, «то все еще может поменяться», считает эксперт.
