Что происходит с зелеными насаждениями города Душанбе? Почему в столице Таджикистана вырубаются тенистые чинары и им на смену приходят ели и другие хвойные деревья? Эти вопросы часто задают читатели «АП» и их мы адресовали специалисту. Главный озеленитель города ответил на вопросы «АП».
В ПОСЛЕДНИЕ годы зеленый облик города Душанбе начал меняться: чинары вырубают, а на их место сажают хвойные деревья. Жители считают, что скоро в солнечной столице будет сложно укрыться в тени. Тем временем мэр Душанбе Махмадсаид Убайдуллаев заверил жителей, что решение о том, где какие деревья должны расти, принимают специалисты. Мы встретились с одним из них – главным озеленителем города Душанбе Абдусаттором Холовым.
— С начала этого года мы работаем как Главное управление по озеленению г. Душанбе, — начинает свой рассказ А. Холов, дендролог по специальности. — Раньше мы входили в Главное управление по благоустройству г. Душанбе. С начала 2012 года меня перевели сюда, а до этого я был директором ботанического сада. Наше управление было создано для того, чтобы придать импульс озеленению нашей столицы. Раньше каждый район самостоятельно занимался своим озеленением, теперь мы будем контролировать этот процесс.
— Жители столицы жалуются на елки, которые начали сажать повсеместно вместо вырубленных чинаров. Почему именно елки?
— Вот вы говорите «сажают елки». Люди всегда вмешиваются в озеленительный процесс Душанбе. Надо разницу знать, мы не только елки сажаем, но и другие хвойные деревья. Раньше здесь росли старые, никудышные деревья. Мы посадили кедры, кипарисы… Не просто так это решили, делаем все по науке: сначала мы выращиваем отдельные виды в ботаническом саду и только потом принимаем решение сажать их на улицах.
Люди подняли шум: вырубают деревья! Во всем мире такая практика существует: старые деревья убираются, новые сажаются. Мало кто знает, что корневая система тех же чинар выводит из строя коммунальные системы.
— Сейчас при озеленении города вы больший упор делаете на хвойные деревья?
— У нас нет деления на хвойные или лиственные. Первое, что мы учитываем, – это местность. Сажаем листопадные — там, где возможно. Но если стоит красивое здание, мы не должны вдоль него сажать лиственные деревья, ведь за ними будет скрыта архитектура здания. Например, рядом с новым жилым комплексом «Пойтахт» за Главпочтамтом растут большие лиственные деревья. Некоторые из них убрали, но, я считаю, этого недостаточно. Там должен быть просвет.
— Почему сейчас многие молодые елочки имеют такой ужасный вид: они ободранные, облезлые, а иногда и вовсе потерявшие свой вечнозеленый цвет?
— У нас есть такая болезнь: посадили мы каштаны на улице, и все, кто идет, так и норовят оторвать листочек… Потому у нас все деревья такие однобокие, ободранные со стороны тротуара. В этом году посадочный материл должен быть не ниже 1,7 метра.
Еще одно: в конце 90-х годов был поставлен вопрос о том, чтобы убрать все чинары по улице Рудаки. В 2000 году начали сажать кипарисы. Допустили серьезную ошибку: в тени лиственных деревьев нельзя сажать хвойные деревья. Они абсолютно в тени расти не могут.
Вообще, с 2006 года в озеленении города был настоящий хаос: не было специалистов. Например, рапортовали: посадили 1000 деревьев. Сажать мы сажаем, а вот ухаживать не научились. Все вмешиваются, думают, это дехканская работа. А ведь у каждого растения есть свои особенности. Возьмем сальвию – любимый цветок президента. Она растет в парке Рудаки, и ее же решили посадить за памятником Сомони. И переборщили с удобрением – спешили к визиту главы государства. А сальвия не любит удобренную почву. Теперь мы учли ошибки: в этом году каждое посаженное дерево будут согласовывать с нами.
— А как быть с тенью? Тот же парк Рудаки славился своими тенистыми деревьями.
— Тень будет, не все сразу. Деревья растут годами, но, согласитесь, уже сейчас у парка не тот вид, что был два года тому назад, – многие деревья успели подрасти. Через год-два, обещаю, тени будет еще больше. Раньше он был чересчур тенист, мы убрали эти громадные чинары, произвели реконструкцию. Привезли из Бельгии березы, магнолию, другие деревья из Ирана, других стран.
Из-за тенистых деревьев плохо растет газон. Раньше, сажая эти деревья, хотели спасти город от жары. Но многие из них слишком низко посажены, у них мощная корневая система. Во Франкфурте растут такие же чинары и клен. Но они ухаживают за ними, стригут. На это, сами понимаете, уходит масса денег.
Мы упор будем делать не на чинары, а на такие виды, как клен, софору, сирень… Дуб сажать будем только в парках, там же — ясень, японскую айву, лиану.
— Некоторые деревья в Душанбе не смогли пережить зиму. Как в этом году будете оберегать их от морозов?
— Признаюсь, этой зимой будем по-другому относиться к деревьям. Раньше, когда поручали рабочим стряхнуть снег с веток некоторых деревьев, они, идя по улице, все подряд стряхивали. А делали это большими четырехметровыми палками, били по веточкам со всего маху. А весной обнаруживается, что дерево однобокое, голое с одной стороны. Есть деревья, на которых вообще снег нельзя трогать. Теперь мы будем за этим следить, некоторые растения еще осенью заранее надо стягивать шпагатом.
