24 мая Боинг-737-400 авиакомпании «Таджик Эйр» совершил аварийную посадку в аэропорту Худжанда. Несмотря на высокую степень риска при посадке, связанного с лопнувшими шинами самолета, экипаж во главе с командиром корабля Азамом Нодировым прекрасно справился с ситуацией.
На борту находилось 100 человек, в том числе 93 пассажира…
25 МАЯ в аэропорту состоялось торжественное мероприятие, на котором чествовали героев. Председатель Согдийской области Кохир Расулзода в своем выступлении отметил, что до прилета самолета в Худжанд были подняты все службы области для обеспечения безопасной посадки борта. «Главное, в этом деле было взаимодействие между службами и точная работа, — отметил Расулзода. – Именно благодаря слаженной работе удалось обеспечить безопасность наших граждан. Главной проблемой специалисты называли возможное начало паники внутри самолета, однако благодаря профессиональной подготовке всего экипажа этого не случилось. Председатель области вручил всему экипажу почетные грамоты и денежные премии от 1 до 5 тысяч сомони. Была также отмечена работа наземных служб.
О состоянии пассажиров в интервью «АП» рассказала одна из стюардесс рейса Парвина Давлатджонова:
— Пока мы летели из Москвы до Худжанда, пассажиры не знали, что у нас проблемы с шасси. Только когда подлетели к аэропорту, командир корабля сообщил всем. Мы два часа кружились над Худжандом.
— Как пассажиры себя вели?
— Мы их поддерживали. Надо отметить и самих пассажиров. Они молодцы, не паниковали. При внештатных ситуациях необходимо одновременно открыть все аварийные выходы, чтобы все пассажиры как можно быстрее покинули борт. Несколько пассажиров с удовольствием согласились помочь нам в этом. Хотя в конечном счете аварийные выходы не понадобились. Все закончилось благополучно. Выйдя из самолета, пассажиры начали плакать от радости. Когда мы увидели своих родных, обняли их и тоже начали плакать, но это были слезы радости.
…Командир корабля Азамхон Нодиров рассказал «АП» не только о деталях рейса, но и в целом о своей жизни.
— В 1966 году я родился в Пянджском районе Таджикистана. Потом мы переехали в Муминабадский район. Там я и закончил школу. В 1985 году я поступил в Балашовское высшее военное авиационное училище летчиков. 1989 году закончил учебу. До сегодняшнего дня летал на шести типах самолетах. Всего налетал около 10 тысяч часов.
— Когда появилась идея стать летчиком? У вас это семейное?
— С раннего детства. При этом в нашем роду не было летчиков. Я первый. Сейчас двое моих старших сыновей также идут по моим стопам. Один закончил, второй заканчивает летное училище. Остальные два сына и дочь пока учатся в школе, но они тоже все время твердят об авиации.
— Ваша супруга тоже работает в сфере авиации?
— Нет, она медик, но в данный момент не работает. Семья большая, нужен уход за детьми. Да и зарплата у медиков небольшая.
— Раньше в вашей практике были подобные случаи с аварийной посадкой?
— Да, были ситуации, но в этот раз степень риска была больше.
— Пока вы кружили над аэропортом, некоторые высказывали мнение, что шансы на удачную посадку у вас равны 50 процентам. Это действительно было так?
— Степень риска была большая, но в хорошем сочетании с работой наземных служб все обошлось. Они подготовили полосу, и мы удачно сели. Как мне рассказал техник, реборд барабана колеса попал в стык между плитами и проехался по смоле, а не по бетону. Поэтому искрения и воспламенения не произошло. Хотя надо отметить, что полоса была залита противопожарной пеной. Так что риск возникновения пожара был минимальным.
— Это была импровизация или все делалось согласно плану?
— По таким ситуациям есть специальная методика. Два раза в год мы проходим все это на тренажере.
— Как много таких опытных летчиков сегодня в таджикской авиации?
— Их предостаточно. Я особо хотел бы отметить Александра Соколова. Он случайно оказался в аэропорту Худжанда. Он главный инспектор «Таджик Эйр» по безопасности полетов. Ему поручили возглавить координацию наземных служб и нашего экипажа. Я считаю, что в успешной посадке самолета его заслуга очень велика.
