Если пройти за гигантским водопадом, который штукатуры мастерят в фойе, миновать бильярдную со стенами, украшенными узорчатыми обоями, то взору откроется прекрасная бальная зала.
«Это президентская столовая», – с гордостью говорит мастер, указывая на стены, богато изукрашенные изысканной резьбой по дереву.
Последние несколько лет на берегу озера Комсомольское в Душанбе возводится громадное многокупольное сооружение, расположившееся между колесом обозрения и самым шикарным отелем в Таджикистане, гостиницей «Хаятт».
Если все пойдет по плану, то к отмечаемому в сентябре дню Независимости Душанбе, который уже может похвастаться наличием самого высокого флагштока и самого длинного стяга, станет обладателем еще и самой большой чайной, установив (или побив) очередной мировой рекорд.
Многие жители Таджикистана, по крайней мере прилюдно, говорят, что в массовом порядке гордятся этими мировыми рекордами.
В расположенном неподалеку парке у Комсомольского озера, где душанбинцы могут искупаться и поиграть в бильярд, а потом заказать шашлык с пивом, прохожие в целом называют сооружение красивым, хотя некоторые полагают, что оно не будет открыто для широкой публики, как и расположенный напротив озера Дворец наций, обошедшийся в 300 млн долларов, или приснопамятная чайная на малой родине президента Эмомали Рахмона в поселке Дангара.
Эта чайхана вместе с флагштоком сделают Душанбе «известным во всем мире», полагает один учащийся.
В последние годы Эмомали Рахмон активно занялся строительством, превращая центр Душанбе в блестящую панораму дворцов и муниципальных зданий – вроде нового здания национального музея и крупнейшей в регионе библиотеки (правда, лишенной, по сути, книжного фонда). Государственное телевидение прилежно восхваляет эти сооружения, и практически никто не задается вопросом, сколько же все это стоит.
По оценке западных чиновников, строительство чайной обошлось в 60 млн долларов – порядка 1 процента ВВП и в сумму, на 33 процента превышающую средства, потраченные правительственным Агентством США по международному развитию в Таджикистане в 2012 финансовом году. Правда, говорят, что чайная вкупе с другими честолюбивыми проектами в столице Таджикистана реализуется на средства нескольких крупных отечественных компаний, старающихся заслужить расположение Эмомали Рахмона.
По словам прораба, из 400 или около того рабочих половина являются китайцами. Это признание может показаться скандальным в такой бедной стране, как Таджикистан. Уже свыше миллиона человек – а это, пожалуй, половина мужчин трудоспособного возраста – отправились из республики на заработки за рубеж, главным образом в Россию. Но, по утверждению прораба стройки, качество работы китайских рабочих выше, чем местных строителей. И порой кажется, что в стране практически уже не осталось таджиков, чтобы против этого что-то возразить.
