Повторение событий в Хороге может обернуться «геополитическим самоубийством» страны, считает таджикский политолог Парвиз Муллоджанов, комментируя ситуацию о последствиях хорогских событий прошлого года.
По его словам, он провел исследование и ряд интервью по ГБАО, в результате чего он сделал некоторые выводы. Во-первых, по мнению политолога, после проведения военной операции имидж и популярность центральной власти и правительства среди выходцев из ГБАО существенно снизились, особенно среди молодежи.
«Прежде такого не было, может я не прав, но мне всегда раньше казалось, что наш президент пользуется большей популярностью в Хороге, чем в том же Кулябе. В молодежной среде вообще наблюдается серьезный рост радикальных настроений и резкая политизация. Для этого нет необходимости даже проводить отдельного исследования, достаточно зайти на студенческие и земляческие интернет-форумы», — отметил Муллоджанов.
Во-вторых, продолжил он, непонимание вызвал даже не сам факт проведения военной операции, а ее «немотивированность и необъяснимость для простых людей».
«Населению области так и не смогли объяснить, зачем для ареста нескольких человек, замешанных в убийстве генерала, необходимо было задействовать войсковые соединения и тяжелую технику с вертолетами. У меня создалось впечатление, что население в целом до сих пор не может понять логику и причины операции. Действительно, если бы в области проходили волнения или беспорядки, а население выступало против правительства и президента, тогда бы ни у кого и вопросов не возникало; а тут люди заснули в спокойном и тихом городе (в целом, в проправительственном регионе), а проснулись от гула вертолетов, бронетехники, выстрелов и разрывов снарядов. Это вызвало сначала шок, потом, я бы даже сказал, обиду, чувство несправедливости и возмущение. Поэтому, к сожалению, многие могли воспринять военную акцию, как направленную не против отдельных криминальных или около-криминальных элементов, а против самого населения», — отмечает политолог.
Также, по его мнению, в результате акция по нейтрализации полевых командиров едва не вылилась в масштабное противостояние с населением, но «хорошо, что вовремя остановились».
Третий вывод политолога: на его взгляд, результат операции получился совершенно обратный искомому – вместо того, чтобы изолировать бывших полевых командиров и устранить их, укрепили и даже расширили их социальную базу и популярность – особенно среди молодежи.
Далее политолог отметил, что несмотря на общую стабилизацию, ситуация в области и вокруг ГБАО еще полна неопределенности. «Все еще много слухов – например, о якобы имеющемся списке то ли из 60 то или из 80 человек, на которых в правоохранительных органах заведено дело. Несмотря на то, что на официальном уровне наличие списков опровергается, слухи остаются; неясно, есть эти списки или нет, кто в них, что с ними будет и так далее. В дополнение ко всему, негативное влияние уносят зачастую недостаточно продуманные и политически неуравновешенные заявления чиновников и «официальных» политологов в центральных СМИ. Эти заявления порождают слухи (не только в области, но и в Душанбе) о якобы имеющихся планах по проведению «второй фазы» операции или активизации «списков». Все это способствует сохранению нервозности и чувства неуверенности в будущем, подозрений в отношении дальнейших планов силовиков. Между тем, такая атмосфера в дальнейшем может послужить благоприятной почвой для политических провокаций извне», — отмечает Муллоджанов.
При этом политолог отмечает, что первостепенной задачей правительства в этом году является возвращение населению области уверенности в стабильном будущем и покончить раз и навсегда со слухами и атмосферой неуверенности, для чего нужен комплекс мер, цель которых – полное восстановление доверия между населением области и правительством.
«Международный опыт показывает, что применять в подобной ситуации какие-либо меры силового характера для снижения социального напряжения – все равно, что тушить огонь бензином. Наоборот, в таких случаях речь обычно идет об установлении более строгого контроля политиков за деятельностью и намерениями силовых структур, каждая акция или инициатива которых должна проходить экспертизу «наверху» на предмет соответствия политическим реалиям, целесообразности и степени воздействия на ход событий. Это нормальная мировая практика – силовики не должны заниматься политикой, но именно политики должны взвешивать все «за» и «против» прежде, чем ставить задачи силовым структурам.
И, конечно, ни в какой форме речь не может более идти о какой-либо «второй фазе», которая, по моему глубокому убеждению, при существующем раскладе вокруг Таджикистана, вполне может обернуться «геополитическим самоубийством» страны. Я полагаю, что раз мы являемся стабильным государством, то практику масштабных военных операций в регионах страны давно пора оставить в истории 90-х», — отмечает политолог.
