Эта страна является родиной одной из самых старых и самых сложных цивилизаций мира и имеет историю, насчитывающую более 5000 лет. Это страна великого экономического чуда, ставшего одним из важнейших событий в современной мировой экономической истории. Сегодня это третья по площади страна среди мировых супердержав. Имя ей – Китай.
«Прекрасное пастбище»
Первый этап моего путешествия в Китай начался с 5-дневного посещения города Урумчи – административного центра Синьцзян-Уйгурского автономного района (СУАР), а для всего честного народа постсоветья – обители китайского шоппинга. Оказывается, в китайской вариации этот город называют также Дихуа, что означает «просвещение». Урумчи является самым отдалённым от моря крупным городом в мире. Расположен он на северных склонах
Тянь-Шанских гор
. Здесь преобладают
нефтяная
, текстильная и металлургическая отрасли. Также в Урумчи расположен самый крупный в Китае центр ветряной энергии. Я где-то вычитал, что китайское влияние в этом не традиционно китайском регионе было сильно с конца V века н.э. И китайский император приложил все усилия для основания здесь города Лунтай (еще одно его древнее название, – прим. VZ), как главного налогового центра северной ветки Великого шёлкового пути. Через века, в 1954 году XX столетия, город получил своё нынешнее китайско-уйгурское название Урумчи, что в переводе с древнемонгольского означает «прекрасное пастбище».
Ошибочное представление
Итак, этот город с населением в 3,5 миллиона человек (!) встретил нас спокойно. Первое, что бросилось в глаза в Урумчи — это огромные высотки, новые автоэстакады и почти полное отсутствие… пробок. В моем воображении Урумчи казался мне грязным и шумным городом с огромным базаром, в лавках которого продают исключительно дешевый ширпотреб. Наверное, в моей голове такое впечатление оставило дешевенькое шмотье, на котором написано «Made in China» и которое продается повсюду в Душанбе. Но при встрече с самим городом все эти представления улетучились.
Улицы Урумчи чистые и на удивление безлюдные. Как рассказал наш гид, все люди на работе, потому что главное для китайцев – это работа и дисциплина.
Очень надеялся встретить здесь этнических таджиков, узнать об их быте и традициях, увидеть, как они живут. Наш переводчик объяснил, что это невозможно, так как не предусмотрено в программе поездки. При этом он вкратце рассказал, что китайские таджики живут в уезде Ташкурган, который находится далеко от Урумчи. Их общее число — более 45 тысяч человек, а занимаются они в основном животноводством и земледелием.
Что меня больше всего потрясло здесь, в Урумчи, – на удивление, спокойный нрав местных жителей. Нигде я не слышал громких криков, а тем более ругани. Даже в городском транспорте я не заметил, чтобы кто-то громко разговаривал по телефону, что, к сожалению, нередко происходит у нас.
Любовь к таджикам
Первый день пребывания в Урумчи у нас был свободным. Наш переводчик Дилмурод – уйгур по национальности, студент Синьцзянского университета языков – отвез желающих на Красную гору (Хунь Шань), чтобы посмотреть на город с высоких холмов.
Во время нашей поездки в Урумчи мне больше всего понравилась встреча с китайской художницей Янь Йя и ее работами. 40 лучших ее работ были выставлены в галерее YEMA INTERNATIONAL. В основном это портреты китайских таджиков. «Я всю себя посвятила этому прекрасному занятию», — сказала нам Янь Йя и отметила, что образы памирских таджиков Китая очень вдохновляют ее, как художника. Она призналась, что еще в студенческие годы как-то нарисовала портрет таджика и после этого полюбила «эти красивые лица и этот народ». Она почти 20 раз ездила к памирским таджикам, чтобы запечатлеть их лица на холсте, и ее работы выставлялись в галереях США, Германии, Франции, Канады, Сингапура, Индии, Турции, Японии, Гонконга, Тайваня.
Ленин жив!
На шестой день своего пребывания в Китае мы полетели на самолете в приграничный город Инин — административный центр одного из уездов Синьцзяна, так называемого Или-Казахского автономного округа, где большую часть населения составляют казахи, дунгане и татары. Этот город, который больше упоминается в «Википедии» под уйгурским названием Кульджа, с 2010 года имеет статус свободной экономической зоны. Мы остановились в гостинице «Синьцзян» и вечером пошли осматривать достопримечательности города. При выходе со двора гостиницы нашему взору предстали одноэтажные здания советской постройки, я поинтересовался у гида и узнал, что до 40-х годов прошлого века здесь находилось консульство СССР. Один из наших попутчиков – Умар заметил, что улица, на которой мы находились, носит имя Сталина. Когда мы возвращались в гостиницу на автобусе, наше внимание привлекла еще одна историческая достопримечательность этого города – бюст Ленина, красовавшийся на одной из улиц. От неожиданности я громко закричал: «Ленин!» и попросил остановиться на минуту. Как только автобус остановился, из него вместе с нами выбежали журналисты из Казахстана, Кыргызстана и Узбекистана, и все вместе мы даже сфотографировались на память у бюста вождя мирового пролетариата.
Красный Пекин
Дальше наш путь лежал в Пекин. Я нашел этот город в ало-красном цвете: все улицы и площади, административные здания, гостиницы и рестораны были украшены билбордами, транспарантами и национальными флагами этой страны. Население столицы Поднебесной, как мне сказали, сейчас составляет 22 миллиона человек – это все население Казахстана и Кыргызстана, вместе взятое. Этот огромный мегаполис имеет миллионы автотранспортных средств, но, как я заметил, много здесь и велосипедистов. И еще я отметил, что мусор со столичных дворов и улиц убирает не, как у нас, толпа женщин в оранжевых жилетах, а всего один мужчина или женщина. Верхом на велосипеде они убирают улицы с помощью длинного веничка и совка.
И все-таки Пекин мне тоже показался не таким многолюдным. Даже в метро по сравнению с Москвой было меньше народа.
В столице Поднебесной мы побывали в Центральном бюро пропаганды, которое отвечает за внешнюю пропаганду партии и государства через книги, журналы, сайты и которое, как оказалось, является самой старинной, крупной и специализированной организацией в стране. В бюро работает 3 тысячи человек, среди которых сотни иностранных специалистов. Оно имеет свои филиалы в 22 странах мира и ежегодно выпускает 5 тысяч книг о Китае на 40 языках. Среди многочисленных экспонатов здешнего музея я вдруг увидел книгу сочинений Мао Цзэдуна, написанную арабской вязью на таджикском языке.
Великая китайская стена
Но больше всего меня впечатлила Великая китайская стена, и признаюсь, что в этой поездке я больше всего мечтал увидеть это «восьмое чудо света» — один из главных символов Поднебесной. «Великая китайская стена – воплощение крови и пота трудового народа древнего Китая, символ древней китайской культуры и гордость китайской нации», — сказал наш гид, как только мы приблизились к этому рукотворному чуду.
Стена состоит из тысячи известных и неприступных проходов и перевалов. Подняться на нее и хорошенько рассмотреть ее мы решили с помощью фуникулера. Ежедневно это место посещают тысячи туристов, но больше всего я встретил здесь людей пожилого возраста. Позже я узнал, что многие приезжают сюда загадывать желания. Когда я приблизился к одному из куполов стены, китайские женщины подсказали мне загадать желание, высоко подняв руки и дотронувшись до стены.
Все эти многочисленные заборы и ступеньки древней стены выглядят так, будто построены вчера. Спускаться по лестнице было приятным и легким занятием, а вот подниматься… Когда подниматься мне было уже невмоготу, я забрался на саму стену и перелез через нее, чтобы сократить путь. Может быть, это звучит наивно, но мне показалось, что я был первым таджиком, который перепрыгнул через Великую китайскую стену. Другие мои попутчики не захотели трудностей и предпочли, не спускаясь вниз, просто наблюдать с удобного места. Когда я приблизился к ним, гид-переводчик рассказывал, что Великая китайская стена оказалась намного длиннее, чем было принято считать раньше: по последним данным, ее протяженность составляет не 8,85 тыс., а 21,196 тыс. километров. Дело в том, что ранее археологи замеряли лишь те участки Великой стены, которые были построены в эпоху династии Мин. В рамках последнего масштабного исследования археологи изучили почти 44 тыс. участков стены и ее форпостов, созданных в различные периоды китайской истории. В общей сложности им удалось обнаружить 21196,18 километра сооружений, причем от некоторых фрагментов остался лишь фундамент. И еще я узнал, что вопреки существующим заблуждениям стена никогда не была единым оборонительным сооружением: она строилась в разных частях страны при разных династиях и в различных целях.
Моя двухнедельная поездка в Китай была очень насыщенной и интересной и подарила мне массу впечатлений и новых друзей. Уезжая из Пекина, я купил в сувенирном ларьке китайскую медную монетку с красной лентой. На счастье и с надеждой, что я еще сюда вернусь.
