Уже в сентябре правительство Афганистана может приступить к созданию ополчения. Значит ли это, что Кабул выдал своей армии "черную метку" и к чему может привести такая ситуация, разбиралась "Немецкая волна".
В середине сентября, вскоре после обнародования стратегии новой администрации США в Афганистане, местные СМИ распространили информацию о планах Кабула по реформе армии. Речь идет о двух проектах. Во-первых, о вооружении населения, которое должно поддержать имеющиеся регулярные силы безопасности. В этой связи говорится о плане создания ополчения по образцу индийской территориальной армии, куда будут по облегченной программе набираться контрактники, в основном, из числа бывших военных, и которое будет подчиняться армейскому начальству.
Во-вторых, обсуждается проект омоложения силовых структур за счет увольнения из них офицеров старше 55 лет. Об этом сообщил информационный ресурс Afghanistan.ru, со ссылкой на свои источники в Афганистане. На какой стадии находится проект, не указывается. Зато по поводу ополчения афганские СМИ извещают, что, в случае утверждения этого проекта президентом страны Ашрафом Гани, уже в третьей декаде сентября может начаться формирование территориальных отрядов.
Американский план на афганское ополчение?
Немецкий эксперт Гюнтер Кнабе (Günter Knabe), касаясь вопроса о том, кому принадлежит идея создания ополчения, в интервью DW отмечает, что 15 сентября в электронной версии The New York Times вышла статья, заголовок которой можно перевести так: "План США по созданию нового афганского войска рождает страх перед злоупотреблениями со стороны этого ополчения".
"То есть речь идет о новом американском плане. Уже представляя себе, как функционирует администрация Дональда Трампа, я полагаю, что его ближайшие советники из числа генералов, зная как его недовольство отсутствием успеха в Афганистане, так и установку на снижение затрат на зарубежные операции, предложили ему пополнить афганские силы безопасности более дешевым ополчением. А, возможно, заодно и реформировать эти силы, убрав оттуда офицеров, помнящих о временах СССР", — рассуждает немецкий эксперт.
По его оценке, с одной стороны, действительно, положение афганской армии, как и войск международной коалиции, остающихся в Афганистане, тяжелое, и этого уже невозможно скрыть. "Например, говорится о том, что от сорока до шестидесяти процентов территории страны контролируются талибами. Поэтому связь справедливой критики Дональдом Трампом малоэффективной афганской армии, и сообщений о реформе этой армии, очевидна", — продолжает собеседник DW.
С другой стороны, по словам эксперта, нынешнюю армию многие годы вооружали, обучали и обкатывали в боях советники из НАТО. И если теперь в чьем-то чиновничьем кабинете, будь то в Вашингтоне или в Кабуле, родилась идея создать некую параллельную армию, то это признание банкротства нынешнего войска.
"Ополчение, видимо, должно продемонстрировать большую эффективность в борьбе с экстремистскими группировками, как то предусматривает стратегия Трампа. Но это наивно. За счет чего двадцатитысячное ополчение окажется эффективнее армии, в которую вложено столько средств, которая получила столько вооружений? И кто будет набирать, обучать, контролировать ополченцев? Сколько времени это будет длиться? Я не вижу тут никакой перспективы", — задается вопросами Гюнтер Кнабе.
Кому нужна параллельная армия
Немецкий эксперт отмечает, что его не удивит, если Кабул примет такое решение. "Многие чиновники и полевые командиры в стране будут потирать руки, надеясь получать из казны и от иностранных доноров деньги на оплату собственных вооруженных отрядов, которые и без того есть в избытке. Будь я на их месте, я бы своих людей послал записываться в такое ополчение. Но новая параллельная армия может стать лишь дополнительным отягчающим фактором для населения в ситуации, когда в стране и так действует масса противоборствующих вооруженных групп", — полагает эксперт. Поэтому международная правозащитная организация Human Rights Watch уже выразила свою озабоченность в отношении этого проекта.
"Племенное ополчение для Афганистана — явление традиционное, и, в основном среди пуштунов, оно существовало при Захир-шахе, при президенте Дауде", — поясняет российский специалист по Афганистану Лев Корольков. Так что в идее вооружать ополчение нового мало, продолжает он. "Считается, что ополчением легче управлять. А содержать его дешевле, чем армейские формирования, которые все равно то и дело переходят на чужую сторону. Но это подачка племенным вождям. Им же не только оружие, но и снабжение будет предоставлено, материально-технические средства, средства на обучение", — говорит российский специалист по Афганистану.
"Одной из целей, возможно, является создание резерва для правительственных сил в тех или иных районах с привлечением к этому местных лидеров. С другой стороны, учитывая нынешнее серьезное обострение отношений между Пакистаном и Афганистаном, нельзя исключить, что ополчение может использоваться и для действий в пограничных районах. С него спрос меньше, поскольку всегда можно сказать, что это была не афганская армия", — говорит военный эксперт.
Иракский синдром для Афганистана
По его мнению, гораздо опаснее, в том числе для соседей Афганистана по Центральной Азии, могут быть последствия сокращения значительного числа офицерского состава — а речь идет чуть ли не о 60 тысячах военнослужащих. "Пока мы не знаем авторов этой реформы, но уже сейчас можем просчитать последствия. Может повториться история с Ираком. В Афганистане нет развитой промышленности, куда можно было бы "перетечь" из армии уволенным военным. Эти люди оказываются в вакууме, с незначительными пенсиями", — рассуждает Лев Корольков.
"При этом основной удар увольнений придется по тем, кто не очень лоялен к президенту Ашрафу Гани — по многим моджахедам, выходцам из рядов Северного Альянса. Там таджики, а также узбеки, хазарейцы", — говорит Корольков. По его словам, речь идет о лишении поддержки структур Северного Альянса в армии Афганистана. "Что многим не понравится, особенно на севере страны, где некая фронда наподобие Северного Альянса формируется вновь", — считает он. С большой вероятностью, продолжает собеседник DW, немало офицеров после увольнения вольются в ряды противников нынешней власти. И речь идет о контингенте, опытном в ведении боевых действий, включая партизанские.
"То есть повторится иракская ситуация, в результате которой с ИГИЛ до сих пор воюют две сверхдержавы. В Афганистане у этого вопроса тоже есть своя предыстория. В конце 1970-х годов, в период острых противоречий между двумя фракциями стоявшей тогда у власти Народно-демократической партии Афганистана, "Хальком" и "Парчамом", офицеров-халькистов повыгоняли из армии. А они потом возглавили некоторые талибские формирования, которые захватили значительную часть Афганистана", — напоминает Лев Корольков.
Республики Центральной Азии пока молчат
Эксперт исходит из того, что республики Центральной Азии, видимо, оказались не готовы к возможным переменам в афганской армии, поэтому из Ташкента, Ашхабада или из Душанбе не слышно слов обеспокоенности.
Несмотря на то, что "усиление инсургентского (повстанческого. —Ред.) движения, особенно в провинциях, которые граничат с Центральной Азией, учитывая, что в Афганистане целый спектр противоборствующих сторон с разнонаправленными интересами, включая уже и "Исламское государство", крайне опасно. Тем более, что чьи именно ряды пойдут пополнять уволенные военные, нам пока не известно", — продолжает собеседник DW.
В свою очередь Гюнтер Кнабе не думает, что опыт Ирака, когда многие недовольные офицеры армии и спецслужб, разогнанные США, фактически составили костяк военного командования ИГ, может повториться в Афганистане. "Но стабилизировать афганскую армию за счет увольнения большой группы опытных офицеров нельзя. А вот повысить таким образом потенциал нестабильности в целом, лишив этих опытных военных высокого социального статуса, вполне можно", — соглашается немецкий эксперт.
