Сегодня мало кто знает, что для проведения 16-й сессии Верховного совета Таджикистана (12-го созыва), которую по истечении времени стали называть исторической и судьбоносной, потребовалось много сил и попыток. И вплоть до начала ноября 1992 года в стране не было единой позиции относительно того, где и когда созвать сессию.

Большинство сторонников таджикской оппозиции, которые находились в Душанбе, не хотели выезжать за пределы столицы; сторонники Народного фронта, опасаясь за безопасность, не решались собраться в Душанбе.

По мнению таджикского политолога и журналиста Нурали Давлата, проблема созыва 16-й сессии Верховного совета, избранного еще в феврале 1990 года (при Советском Таджикистане), стала актуальной две недели спустя после завершения 15-й сессии, когда 31 августа 1992 года вооруженная группа под командованием представителей оппозиции мулло Абдугаффора и Исмата Авули взяли в заложники более 30 представителей Кабинета министров и Верховного совета.

Президент Рахмон Набиев успел скрыться на территории расквартированной в Таджикистане 201-й российской дивизии и до освобождения заложников (за исключением заместителя председателя Кулябской области Сайфиддина Сангова, который был зверски убит) не объявлялся.

В результате в начале сентября Кабинет министров и президиум Верховного совета объявили вотум недоверия президенту Набиеву.

К слову, попытка его смещения была сделана еще на 15-й сессии, когда Набиева за бездействие резко критиковали его бывший заместитель, отправленный в отставку в самом начале гражданской войны, Нарзулло Дустов и депутат Даврон Ашуров.

Набиев понял, что его хотят сместить с поста, поэтому объявил перерыв, а сам перетянул на свою сторону часть депутатов Ленинабадской области. Таким образом, он сорвал план инициаторов импичмента. На время. Наглый захват президентского дворца, взятие в заложники членов правительства и полное равнодушие Набиева к событиям в стране переполнили чашу терпения властей, в том числе членов его команды.

Страна без президента

Президиум Верховного совета назначил проведение 16-й сессии на начало сентября, в Душанбе. Но из 237 депутатов явились только 100. Необходимого кворума для начала работы сессии тогда не было. Набиев понял, что для него не все еще потеряно, поэтому 7 сентября, связавшись по телефону с председателем Верховного совета Акбаршо Искандаровым, сказал, что хочет встретиться с членами правительства и президиума Верховного совета в спокойной обстановке, то есть в Худжанде.

Когда Набиев прибыл в душанбинский аэропорт, здесь его взяли в заложники боевики мулло Абдугаффора и Исмата Авули и в присутствии членов правительства и парламента заставили подписать заявление об отставке.

Таким образом, в начале сентября 1992 года, когда начались ожесточенные бои в Курган-Тюбе, Таджикистан оказался без президента, без премьер-министра, который 29 августа подал в отставку, без генерального прокурора, который был убит 24 августа боевиками.

Вся тяжесть ответственности за судьбу таджикского народа в такой судьбоносный момент легла на плечи председателя Верховного совета Акбаршо Искандарова.

24 октября бывший председатель Верховного совета Сафарали Кенджаев вторгся в Душанбе с силами Народного фронта. В своем заявлении по радио утром того же дня он сказал, что  намерен созвать 16-ю сессию. По другим данным, о созыве 16-й сессии, которая должна была состояться 26 или 27 октября 1992 года в Худжанде, Кенджаев договаривался с Искандаровым.

25 октября боевики оппозиции разгромили группировку Кенджаева в городе Душанбе, жестоко расправились с одним из лидеров Народного фронта Рустамом Абдурахимовым, который попал в плен утром того дня.

После поражения группировки Кенджаева руководство Верховного совета Таджикистана заявило, что никакой договоренности с Кенджаевым относительно созыва 16-й сессии не было. Но в своих воспоминаниях о гражданской войне последний подчеркивает, что историческая сессия была созвана именно после похода его вооруженных сторонников в столицу.

Первые попытки

27 октября в Худжанде собрались депутаты из других регионов Таджикистана. Депутаты, поддерживавшие оппозицию, ехать отказались. Против проведения сессии тогда выступали также руководители Ленинабадской области.

К тому же в тот день председатель Народного фронта Сангак Сафаров лично застрелил главу Кулябской области Джиёнхона Ризоева, обвинив последнего в заговоре с Сафарали Кенджаевым и Рустамом Абдурахимовым.

После убийства Ризоева депутаты Кулябской области вернулись домой. Сессия вновь была сорвана.

Обострившаяся ситуация в Таджикистане заставила руководство страны обратиться за помощью к странам СНГ, в первую очередь к России. В начале ноября Искандаров в Москве встретился с президентом России Борисом Ельциным, в ходе переговоров была достигнута договоренность о создании Госсовета Таджикистана, в состав которого вошел также командир 201-й дивизии генерал-майор Мухриддин Ашуров, гражданин Российской Федерации. Но вскоре в Кремле пересмотрели это решение и предложили Искандарову экстренно созвать сессию Верховного совета.

Акбаршо Искандаров в начале ноября вылетел вместе с министром иностранных дел России Андреем Козыревым в Алма-Ату, где они встретились с президентами соседних государств – Исламом Каримовым, Аскаром Акаевым и Нурсултаном Назарбаевым.

Главы соседних республик поддержали идею созыва в Таджикистане 16-й сессии Верховного совета. По договоренности сессия должна была быть созвана до 20 ноября 1992 года.

Политолог Нурали Давлат убежден в том, что 16-я сессия состоялась прежде всего по инициативе и при поддержке тогдашних лидеров России, Казахстана и Кыргызстана.

Относительно места проведения сессии единого мнения вновь не было, большинство депутатов не хотели ехать в Душанбе, так как столица находилась под контролем боевиков оппозиции, разгромивших в конце октября группировку Кенджаева.

Предлагались самые различные варианты, даже заграничные. В конце концов предпочтение отдали Худжанду. Вернее, не самому Худжанду, а Бободжан-Гафуровскому району.

8 ноября Президиум Верховного совета принял решение о созыве 16-й сессии.

Легитимность решений не подвергалась сомнению 

В сессии, работу которой охраняли две бригады спецназа из России и Узбекистана, из 230 депутатов приняли участие 197 народных избранников.

В стенограмме сессии было записано, что Таджикистан выражает признательность Узбекистану за оказанную помощь в трансляции работы сессии посредством таджикского ТВ. Хотя и оборудование, и журналисты были отечественными.

На 16-й сессии президентское правление было заменено на парламентское, а руководителем парламента и, соответственно, главой государства был избран Эмомали Рахмонов.

Эти и другие решения сессии были скреплены целованием утвержденного нового государственного флага независимого Таджикистана всеми ее фактическими участниками, в том числе и полевыми командирами обеих сторон, что вроде как обеспечивало легитимность принятых решений.

Война продолжалась ещё четыре с половиной года, но легитимность принятых в «Арбобе» решений никогда не подвергалась сомнению ни одной из сторон конфликта.