На войне в Афганистане за захваченный образец американского зенитного комплекса «Стингер» обещали звезду Героя Советского Союза.
Очевидцы тех событий утверждают: первыми эту задачу выполнили трое бойцов 66-й Отдельной мотострелковой бригады. Среди них был наш соотечественник — Салохиддин Раджабов.
Из Варзоба – в Джелалабад
Осенью далекого уже 1986 года командование ограниченного контингента советских войск в Афганистане получило приказ министра обороны СССР С.Соколова: во что бы то ни стало добыть хотя бы один ранее неизвестный американский переносной зенитно-ракетный комплекс «Стингер».
Военнослужащих, захвативших первый образец ПЗРК, ждала высокая награда – «Золотая Звезда» Героя Советского Союза.
До сих пор считалось, что первым выполнить эту задачу смогла группа старшего лейтенанта Владимира Ковтуна из спецназа ГРУ: 5 января 1987 года спецназовцы с вертолетов обстреляли душманов и среди трофеев обнаружили «чемоданчик» с ПЗРК.
Но вот 30 лет спустя полковник запаса военной разведки ВДВ Игорь Рюмцев в интервью российской газете «Звезда» на основании свидетельств очевидцев и документов, полученных в архиве Минобороны РФ, заявляет, что первый зенитный комплекс «Стингер» был захвачен раньше — 26 декабря 1986 года. И сделали это трое бойцов разведроты 66-й Отдельной мотострелковой бригады. Среди них был наш соотечественник — Салохиддин Раджабов.
Салохиддин родился 5 декабря 1965 года в многодетной семье в селе Пишанбе Варзобского района. Его отец, участник войны Карим Раджабов, был строгим, но справедливым в воспитании своих детей. Окончив школу, в 1985 году Салохиддин отправился в армию. Окончив трехмесячную «учебку» в Туркменистане, в звании сержанта впервые пересек границу Афганистана. После недолгого пребывания в Кабуле Раджабов был направлен в неспокойный Джелалабад, в расположение разведроты 66-й Отдельной мотострелковой бригады.
За время прохождения службы Салохиддин проявил себя смелым бойцом, отзывчивым товарищем и умелым командиром.
И не зря командование бригады доверило Салохиддину и его товарищам принять активное участие в поисках «Стингера».
Американское «жало»
Именно так – «жало» – переводится название переносного зенитно-ракетного комплекса «Стингер», разработанного американской корпорацией «Дженерал Дайнемикс».
«Мы располагались примерно в пятнадцати километрах от аэродрома, когда впервые увидели „Стингер“ в действии», – вспоминает в интервью российскому изданию замкомвзвода разведки Игорь Васильевич Балдакин. Он проходил срочную службу в Афганистане вместе с Салохиддином и принимал непосредственное участие в разведывательно-поисковых операциях. «На наших глазах один за другим были сбиты три вертолета. Всех тут же подняли по тревоге – выехали в район аэродрома, но ничего не обнаружили».
Весь декабрь 1986 года военнослужащие разведроты 66-й ОМСБ вели активные разведывательно-поисковые действия в провинциях Нангархар, Лагман и Кунар.
25 декабря разведрота десантировалась в районе кишлаков Милава и Ландихейл и с ходу вступила в бой.
Противник в результате боя отступил, неся потери. На месте сражений группа с позывным «Секира» в составе старшего лейтенанта Рюмцева, сержантов Салохиддина Раджабова и Игоря Балдакина обнаружила хорошо замаскированный схрон. Узкая расщелина вела в две пещеры. Вход был наспех заминирован. Внутри находилось оружие, боеприпасы, мины, средства связи, кино- и фотосъемки иностранного производства, различные документы. Среди трофеев оказались и два незнакомых ПЗРК. Тогда ребята и не знали, что это и есть «Стингер».
Трофеи были отправлены вертолетом в пункт постоянной дислокации 66-й бригады.
Следующей ночью с командиром разведроты по радиостанции связалось руководство. Открытым текстом были запрошены данные состава группы разведчиков, захвативших ПЗРК. Как потом объяснили – для сопроводительных и наградных документов. Той же ночью «Стингеры» были отправлены спецрейсом в Москву.
По окончании боевых действий, на подведении итогов, командир 66-й ОМСБ подполковник А.Н. Жариков торжественно объявил, что в ходе операции 25 декабря 1986 года группой разведчиков впервые в Афганистане были захвачены две пусковые установки ПЗРК «Стингер», а старший лейтенант Рюмцев, сержанты Балдакин и Раджабов представлены к высшим правительственным наградам.
В поисках истины
После вывода войск из Афганистана военнослужащие разлетелись по своим городам и республикам. Связь на долгое время потерялась, да и время было непростое: развал Союза, смена политического строя, кризис… Прошло тридцать лет. К 2016 году постепенно удалось найти всех, кто проходил службу в составе роты с 1985 по 1988 год.
На одной из встреч начальник разведки бригады Владимир Алексеевич Ермилов вспомнил о той далекой операции декабря 1986 года. Оказалось, что обещанные награды до разведчиков не дошли. Неужели кто-то нашел ПЗРК «Стингер» раньше 66-й ОМСБ?
Всемирная паутина настойчиво выдавала на все запросы одни и те же публикации, в которых рассказывалось о восьми фактах захвата такого оружия, но имен разведчиков 66-й бригады не было ни в одной. Более того, до сих пор считается, что первым взял «Стингер» Кандагарский спецназ 5 января 1987 года. «Как только я узнал об этом, решил проверить запись в своем блокноте. И не ошибся. Мы это сделали раньше – 25 декабря 1986 года», – подтверждает полковник запаса Рюмцев.
По какой же причине подвиг разведроты 66-й OMСБ не признан до сих пор? Ведь разведчики выполнили свой долг перед Родиной.
Решено было сделать запрос в архив Министерства обороны. В результате удалось добыть два документа, которые подтверждают факт захвата ПЗРК «Стингер» в декабре 1986 года силами 66-й ОМСБ.
Чтобы знали и помнили
В настоящее время Салохиддин Раджабов живет в Душанбе. Женат, отец троих детей. Занимается предпринимательством. Раны, полученные в боях в Афганистане, до сих пор дают о себе знать.
— Но и в гражданской жизни Салохиддин остается мужественным человеком, не любит жаловаться на жизнь, — рассказывает родственник Раджабова, Хикматулло Ризоев. – И даже когда с ним связались его однополчане, Салохиддин скромно говорил, что служили Родине, выполняли приказ, а то, что не наградили, неважно.
Однако нельзя не признать правоту Игоря Рюмцева, сказавшего в интервью «Звезде»: «Мы хотим, чтобы наши дети и внуки знали, как мы воевали и что сделали для страны. Хотим, чтобы любой, кто заинтересуется охотой на «Стингеры» в Афгане, мог узнать, как это было на самом деле. Может быть, нам повезло — совсем чуть-чуть. Но это не просто находка. Мы прочесывали горы и кишлаки, штурмовали высоты и теряли товарищей. И нам кажется, что и мы, и те, кто погиб, заслужили простого признания того факта, что первыми были все-таки мы».
