В Таджикистане в начале августа произошла трагедия: упал вертолет с российскими альпинистами, погибли пять человек, в том числе двое таджикских вертолетчиков. Что это было – несчастный случай или сбой системы? Наши эксперты склоняются ко второму.
«Трагедия произошла 12 августа, в 16:30 минут при транспортировке альпинистов, совершивших восхождения на пик Исмоили Сомони. МИ-8 совершил жесткую посадку на высоте 4500 метров», — сообщили представители КЧС в воскресенье вечером, когда еще не было понятно, есть погибшие или все-таки обошлось.
На следующий день выяснилось, что не обошлось: Комитет сообщил о пяти погибших — два таджикских пилота и три российских альпиниста.
На самом деле за этими сухими, официальными сообщениями трудно разглядеть всю огромную трагедию, которая произошла. А дело было примерно так: приезжие альпинисты готовились к этой поездке не месяц и не два, копили на нее деньги, потому что это недешевое удовольствие, готовили себя физически, потому что покорить пик Сомони – это адский труд. Конечно, они понимали, что могут остаться в горах навсегда, к этому готов (насколько это вообще возможно) каждый альпинист, только смерть они чаще ждут на тех высотах, куда и вертолеты то не поднимаются.
Поэтому, когда они сумели покорить пик и вернуться на Поляну Москвина, откуда совершают восхождение на вершину, то выдохнули сами, выдохнули их родственники. И люди возвращались домой. И не вернулись.
Среди погибших: командир вертолета Музаффар Файзуллоев, пилот Саидджон Кобилов и трое российских альпинистов. Остальные альпинисты (9 человек), а также таджикский бортмеханик, получили травмы различной тяжести.
«Это был плановый полет»
Добраться до Поляны Москвина (4200 метров) можно двумя путями – вертолетом из джиргитальского аэродрома за 40 минут или пешком – 7-8 дней изнурительного, опасного пути. Учитывая тот факт, что у альпинистов с собой всегда большое количество груза, во времени они ограничены, а туристический сезон в районе пика Сомони очень короткий, большая часть выбирает вертолет.
На Поляне с советских времен разбит базовый альпинистский лагерь, где спортсмены живут во время сезона (с середины июля по десятые числа августа) и откуда совершают восхождения на семитысячные вершины, прежде всего, пик Сомони (7495 м).
С 2010 года на Поляне Москвина работает местная туркомпания «PAMIR PEAKS». Они организовывают туры для альпинистов – доставляют туристов на Поляну, обеспечивают их питанием, проживанием, предоставляют гидов для восхождения, в случае необходимости предоставляют спасателей и т.д. Своих вертолетов у компании нет, поэтому они берут их (вместе с командой) у национальной гвардии, погранвойск, Минобороны или авиакомпании «Таджик Эйр».
Этот трагический полет выполнял экипаж Нацгвардии.
В интервью «АП» представители «PAMIR PEAKS» сказали, что «это был плановый полет, но в горах, очень быстро меняется погода». По их сообщению, «вертолёт вылетел, после чего сообщили, что ущелье закрылось, спустились облака», «в течение часа вертолет так и не вернулся; затем один из альпинистов вышел на связь через спутник и сказал, что вертолет совершил жесткую посадку, есть жертвы и дал координаты».
— Мы сразу передали информацию в КЧС, сообщили об инциденте, и все ведомства скоординировали действия по организации спасательной операции, — сказали в «PAMIR PEAKS».
На поиски альпинистов дополнительные вертолеты были отправлены на следующий день, 13 августа. В КЧС объяснили, что вылететь раньше вертолеты не могли из-за плохих погодных условий.
«Непонятно, как он мог принять решение совершить полет?»
Предварительную причину трагедии в КЧС назвали в день спасательной операции: сложные погодные условия — сильный ветер и плохая видимость.
В «PAMIR PEAKS» поясняют, что это была именно «жесткая посадка» — вертолет не ударился носом, не упал; капсула стоит, но нет хвоста, и винта.
— С Нацгвардией у нас контракт с 2010 года, они имеют право оказывать авиационные услуги. Этот вертолет несколько дней назад проходил полную проверку, участвовал во многих спасательных операциях, — сказали в компании.
Впрочем, в обществе после трагедии больше обсуждают не исправность вертолета, а возраст погибшего командира экипажа: оказалось, что пилоту был 71 год.
«Он был опытным пилотом, только пять вертолетчиков в Таджикистане имеют допуск к тому, чтобы работать в наших горах. Они сажают машины на высоте более 4,5 тысяч метров. Файзуллаев был одним из них», — рассказали «АП» в «PAMIR PEAKS».
О том, что Музаффар Файзуллоев был опытным пилотом на правах анонимности «АП» говорит и бывший сотрудник КЧС, который участвовал с погибшим пилотом в спасательных операциях.
— Непонятно, как он мог принять решение совершить полет после обеда – в то время, когда в этом районе практически никогда не бывает подходящих для полета погодных условий, — говорит он.
Известная таджикская альпинистка, вдова выдающегося альпиниста Владимира Машкова – Рано Сабирова, которая до 2010 года работала на Поляне Москвина в качестве руководителя компании «Альп-Навруз» тоже утверждает, что действия Файзуллоева несовместимы с его высокой квалификацией.
— После обеда с Поляны Москвина вертолеты не вылетают, потому что от скал идут тепловые потоки, которые создают непогоду. Как мне сказали альпинисты, они вылетели с Поляны после 4-х – это невозможно! Вертолеты с Москвина отправляют часов в 5-6 утра, не позже, — объясняет она.
По словам Сабировой, альпинисты с которыми она до сих пор поддерживает связь, недовольны качеством услуг, которые предоставляют им в Таджикистане в последние годы.
— Наша компания прекратила работу на Поляне Москвина в 2010 году, в последний год к нам приехали 320 альпинистов из 26 стран мира. Сейчас такого количества альпинистов в сезон на Поляне давно никто не видел, — говорит Рано Сабирова.
«Можно жить бедно, но чисто», но это не про Поляну Москвина
Высотные альпинисты, которые приезжают в Таджикистан покорять семитысячники – это особая категория экстремалов, общество немногочисленное, хорошо знакомое друг с другом, несмотря на то, что разбросано по всему миру. Таджикистан для них – одна из немногочисленных стран, куда при хорошем раскладе они возвращаются из года в год. В то же время, под боком у нас – серьезный конкурент – Кыргызстан, у которого, конечно, нет высоты 7495 (есть 7134), зато есть кое-что другое.
Максим Богатырев, российский альпинист был на Поляне Москвина в последний раз в 2014 году. Это было третье его пребывание на площадке, и последнее.
— Во-первых, это советский лагерь, в который по моим наблюдениям за последние 40 лет не было не вложено ни копейки. Лагерь — неухоженная территория с убогими древними строениями. Кругом мусор. Как сказал мой товарищ: «Можно жить бедно, но чисто», как кыргызы, например, но это не про Поляну Москвина. Неужели перед сезоном нельзя снарядить группу и провести уборку. Хотя бы раз в год, — сказал Богатырев в телефонном интервью «АП».
По его словам высотные альпинисты предпочитают Таджикистану Кыргызстан, потому что пусть там тоже «нет ничего из ряда вон», но «ровненько стоят новенькие юрты, чистота, пунктуальность и культура».
К сожалению, комментарий Богатырева не единственный в таком духе, нелестно о Таджикистане отзываются и альпинисты на интернет-форумах. Хотя и Богатырёв, и другие спортсмены в Сети называют Таджикистан уникальнейшей страной для высотного альпинизма.
Кстати, самые популярные пики в Кыргызстане – это пик Ленина, расположен на границе с Таджикистаном, его высота 7,134 метров и пик Хан-Тенгри (6695 метров). В 2018 году Кыргызстан получили заявку по горному туризму (для которого требуется вертолетная доставка) от пяти тысяч человек из 18 стран.
Следите за нашими новостями в Telegram, подписывайтесь на наш канал по ссылке https://t.me/asiaplus
