В результате теракта во дворе своего дома во вторник, 20 сентября, был убит председатель Высшего совета мира Афганистана, бывший президент страны Бурхонуддин Раббани. За два дня до смерти он обещал приехать в Таджикистан.
ПО ИНФОРМАЦИИ правоохранительных органов, взрыв прогремел во вторник на 10-й улице проспекта Вазир Акбар Хан, недалеко от района, где расположены иностранные дипмиссии, поблизости от Посольства США.
В результате взрыва Раббани и еще пять человек, находившиеся у него в гостях, погибли. По предварительным данным, среди убитых – члены руководства Высшего совета мира. На месте теракта работает следственная группа. Тяжелое ранение в результате взрыва получил секретарь Высшего совета мира Афганистана, советник президента страны Масум Станакзай, передает Reuters.
По сообщению агентства, убийство совершили талибы. Они организовали встречу с Бурхонуддином Раббани под предлогом переговоров, чтобы убить его. Об этом Reuters рассказал представитель группировки «Талибан».
— Как только Раббани сделал три шага вперед, чтобы обнять представителя, тот привел в действие взрывное устройство, закрепленное на нем, — сказал по телефону Забиулла Муджахид.
Талиб много раз появлялся в доме Раббани, так как был одним из министров, когда талибы были у власти.
По информации полицейских Кабула, бомба находилась в тюрбане смертника.
Высший совет мира был создан указом главы государства Хамида Карзая и занимался переговорами с вооруженной оппозицией.
Бурхонуддин Раббани в 1980-90-е годы был одним из лидеров афганских моджахедов. Он занял пост президента Афганистана после свержения правительства Наджибуллы в 1992 году и занимал эту должность до своей официальной отставки 22 декабря 2001 года. До последнего времени 71-летний Раббани возглавлял Высший совет мира, главной задачей которого является ведение переговоров между властями Афганистана и талибами.
В среду утром президент Эмомали Рахмон направил телеграмму соболезнования президенту Афганистана Хамиду Карзаю.
«С глубокой скорбью, смятением и гневом воспринял весть о трагической гибели бывшего Президента Исламской Республики Афганистан устода Бурхонуддина Раббани. Профессор Раббани был из числа величайших личностей современной истории Афганистана, региона и мира. Враги процветания и спокойствия Афганистана физически отняли у нас устода Раббани, но его добрая память останется в наших сердцах. От своего имени и от имени народа Таджикистана прошу принять искренние соболезнования в связи с этой невосполнимой потерей народу Афганистана, а также передать близким и родственникам покойного»
, — говорится в тексте телеграммы.
По словам председателя Партии исламского возрождения Таджикистана Мухиддина Кабири, Б. Раббани намеревался в ближайшее время приехать в Таджикистан.
— С покойным я встретился в Тегеране за два дня до его смерти, — сказал лидер ПИВТ. — На наше приглашение посетить Таджикистан на этой неделе он ответил согласием и обещал, что по возвращении в Кабул будет готовиться к приезду в Душанбе. Покойный был озабочен некоторыми процессами в нашей стране, говорил от чистого сердца, что эти дела на пользу врагов веры и народа, и обещал обязательно встретиться с ответственными товарищами по этим вопросам.
Б. Раббани: «Мы открыты миру»
СВОЕ первое интервью таджикскому журналисту профессор Бурхонуддин Раббани дал в мае 1992 года. Только что пало правительство доктора Наджибуллы и моджахеды вошли в Кабул. Журналистам «Комсомольской правды» Умеду Бабаханову и Игорю Черняку, срочно откомандированным редакцией в Кабул, удалось пробиться в резиденцию Раббани в кабульском дворце «Гульхона».
— Господин профессор, с приходом к власти в
Афганистане нового исламского правительства появилась надежда, что кровопролитная братоубийственная война в стране, наконец, закончится. Единственное препятствие – позиция лидера Исламской партии Афганистана Гульбидина Хекматияра…
— Вчера я написал ему письмо. Я сказал ему: «Ты делаешь ошибку, с
кем ты воюешь? Хватит крови!». Судя по реакции, он понял меня, стрельба прекращена. Завтра в условленном месте должна состояться наша встреча.
— Сейчас много разговоров о кандидатуре нового руководителя страны. В прошлом в Афганистане всегда правили представители пуштунских племен. Возможен ли теперь приход к власти людей других национальностей?
— При прежних режимах, не руководствовавшихся нормами ислама, было возможно допускать к руководству одних и не допускать других. Сегодня, когда у власти исламское правительство, национальность руководителей не имеет значения. Кого бы ни избрал народ – таджика или узбека, хазарейца или пуштуна – никто не имеет права противиться. Ведь все мы мусульмане.
— Что Вы, как один из видных мусульманских лидеров, думаете о подъеме исламского движения в современном мире?
— Подлинный ислам очень человечная религия. Она призывает людей к миру и добру, справедливости и великодушию. К сожалению, раньше в нашей религии было сказано много лжи, имелась мощная пропаганда. Людей, особенно молодое поколение, пытались любыми путями отвернуть от ислама. Но сегодня завеса спала, люди все видят и сами сравнивают. Так велит поступать ислам. Мы верим, что он поможет возродить в нашем обществе духовность, решить социальные, национальные и другие проблемы. И пусть никто не боится исламского характера нашего государства — мы открыты миру.
— Господин профессор, на Западе часто утверждают, что ислам и демократия – несовместимы. Ваше мнение?
— Наше общество имеет свои традиции, свою специфику, и подходить к нему с западными мерками просто неумно. Kpoмe того, западная демократия сама не лишена недостатков. До настоящего времени там не изжита расовая дискриминация. У нас этого никогда не было и нет. Перед законом все равны – и Пророк, и простой мусульманин, и белый, и черный.
Или вспомним: пьянство, наркомания, разврат, упадок нравов — ведь это недуги западного общества, а не нашего. Ислам гарантирует каждому человеку полную свободу, все политические, экономические, социальные права.
— Что такое, по-Вашему, мусульманский фундаментализм?
— Это не наш термин и не наше понятие. Его придумали американцы, претендующие на мировое господство и пытающиеся напугать мир исламской угрозой. Под этим термином обычно подразумевается терроризм и непримиримость. Но ведь ислам осуждает любой террор. Да, мы воевали, но только на своей территории, и это была священная война. Сегодня она закончилась, и мы хотим превратить Афганистан в колыбель мира.
— В прошлые годы советская пропагандистская машина многим внушила опасения, что если моджахеды возьмут власть в Афганистане, резко возрастет угроза безопасности республик Средней Азии. Поговаривали даже о возможности прямого военного вмешательства…
— Это полная нелепость. Мы не собираемся ни на кого нападать. Наоборот, если нас об этом попросят, мы готовы оказать любую посильную экономическую помощь. Ведь в Средней Азии живут наши братья. Против них мы никогда не обнажим мечи.
— Господни Раббани! Соседний с вами Таджикистан тоже стоит сегодня на грани гражданской войны, есть уже первые жертвы. Как вы оцениваете сложившуюся там ситуацию?
— С братским Таджикистаном мы близки во всех отношениях и искренне хотим, чтобы в этой стране сохранялись гражданский мир и спокойствие. На мой взгляд, правительству Таджикистана и оппозиции все вопросы надо решать путем переговоров и компромиссов, необходимо прилагать все усилия для конструктивного сотрудничества, чтобы не нарушалась политическая стабильность в республике. Для Таджикистана, ставшего сегодня независимым государством, это главное условие развития и расширения связей с другими странами.
