«Учебников нет, реактивов — тоже, но люди хорошие»

Месяц назад к работе в таджикских школах приступили 30 педагогов, которые приехали из России. На днях они поделились своими впечатлениями с послом России в Таджикистане Игорем Лякиным-Фроловым, журналисты там тоже были. В общем, работа в нашей системе образования оказалась не такой простой, как казалось сначала. О ее проблемах стараются молчать местные учителя; приезжие рассказали.  

На встречу с послом России приехали почти все российские учителя, которые будут год работать в наших школах. Не смогли добраться до Душанбе только два педагога из Хорога. В преддверии праздника – Дня учителя – российское посольство решило поздравить своих сограждан и поговорить о том, как они устроились на новом месте и что думают о таджикских школах.

Игорь Лякин-Фролов долго рассказывал педагогам о прекрасном и налаженном сотрудничестве между Таджикистаном и Россией и закончил свою речь тем, что пример приезжих педагогов должен стать заразительным для их российских коллег.

— Будут средства и желание, и, самое главное, желающие — мы продолжим этот проект и увеличим количество российских учителей в Таджикистане, — заключил дипломат.

Потом слово дали педагогам. Пожалуй, они этого уже ждали, потому что в дополнительном приглашении высказаться не нуждались.

— Вы нам объясните, пожалуйста, где те учебники, которые Россия направила в Таджикистан? Почему их нет в школах, где мы работаем? – спросила первая учительница.

— В региональных школах. Проект поставки учебников никак не связан с вашим проектом, он был обсужден задолго до вашего приезда, поэтому мы распределяли книги среди тех школ, которые в них нуждались, без привязки к тому, будут ли там работать наши педагоги. Кроме того, мы привезли в Таджикистан только учебники по русскому языку и литературе, не по другим предметам, это специфика проекта, — ответил руководитель Россотрудничества в Таджикистане Михаил Вождаев.

— Ну тогда это неправильно. Вы знаете, что в таджикских школах нет учебников, т.е. вот приехали специалисты, у нас есть желание учить, у детей есть желание учиться, а работать нам не на чем. Это мы уже не говорим про вспомогательную литературу, методические пособия и прочее, не хватает элементарных учебников, а те, которые есть, – это программа 80-х годов. Это же до смешного доходит: мы должны делиться современным российским опытом, а у нас на руках советские учебники, по которым уже никто не учится, — ответила педагог.

ИЗОБРАЖЕНИЕ

Учителям попытались посоветовать пока как-нибудь выходить из ситуации, например делать копии страниц учебников и раздавать их детям. Оказалось, что они уже выкручиваются, например ставят проекторы в классах и работают по одному-единственному учебнику, правда в этом случае ни о какой самостоятельной работе дома не может быть и речи.

— А в некоторых случаях учебников вообще нет, ведешь все уроки «на голосе». Мы вот к вам пришли после работы и смотрите — мы уже никакие, — заметили педагоги.

Кроме того, приезжие специалисты рассказали о том, что в классах с таджикским языком обучения уроки русского языка иногда преподают по учебникам, рассчитанным на тех детей, для которых русский язык — родной.  

— Они же так его никогда не выучат, это же очень сложно, ведь для них нужны совершенно другие учебники, — говорили преподаватели.

Вождаев объяснил, что эту тему в Министерстве образования и науки Таджикистана уже поднимали и не раз, о проблеме нехватки учебников знают и соглашаются с тем, что ее решение – это задача №1.

«Мы пришли, а они говорят: а где реактивы?»

А потом встали учителя химии.

— Вы знаете, что в таджикских школах совершенно пустые лаборатории, а если что-то школы и смогли сберечь, так это родом из 60-х годов, как же нам с детьми работать? — говорили педагоги.

Оказалось, что в местных школах очень надеялись, что российские преподаватели по химии привезут с собой и все необходимое для проведения лабораторных работ.

— Нет, ну реактивы – это совсем другой вопрос, другие расходы и другое направление. Этот вопрос, наверное, тоже будем поднимать в Минобрнауки. Это очень хорошо, что вы сейчас говорите обо всех недостатках, все эти вопросы решаемы, — сказал им Вождаев.

— Вы все свои рекомендации фиксируйте, — посоветовал Лякин-Фролов.

— Да мы уже столько всего написали, — отвечали учителя.

— Господа, а можно все-таки я о хорошем расскажу, — поднялся высокий, молодой учитель, — хорошее ведь тоже есть.

— Да, есть и хорошее, конечно! Люди, например, хорошие, — согласились с ним коллеги.

— Вот я учитель информатики. Конечно, мне реактивы не нужны, но вот я пришел в свою школу, там три компьютерных класса, я посмотрел – они неплохие, но можно улучшить. Директор с самого начала сказал мне, что все вопросы, которые у меня возникнут, можно решать через него. И в итоге за один день руководство школы выполнило все мои рекомендации. За один день! В моей школе занимаются по учебникам Босовой – это хорошие учебники, но мы решили заказать еще более сложные книги, потому что я хочу вывести своих ребят на уровень российского ЕГЭ. Пока же мы скачиваем нужную литературу из интернета. Дети горят, они очень хотят учиться, и мне с ними очень нравится работать. Я даже вместо 18 часов взял себе 30, согласился на подготовку к международным олимпиадам. Ученики у меня отличные! – поделился педагог своими планами.

«Условия у нас у всех разные, почему?»

Уже после того, как педагоги перечислили все проблемы таджикского образования, они вспомнили о себе.

— У нас у всех разные бытовые условия, это как-то неправильно, — сказали они.

Выяснилось, что не каждая школа смогла обеспечить учителей подходящими, элементарными бытовыми условиями. У кого-то долгое время не было воды, до сих пор нет необходимой мебели в квартирах, где их расселили, и еще педагоги только здесь узнали, что в осенне-зимний период в стране не все дома подключены к центральному отоплению. И теперь ждут приближения пусть и не таких суровых, как в России, но холодов с тревогой.

— Просто нам сказали, что за условия нашего проживания отвечает таджикская сторона. Но это ведь понятие абстрактное, к кому нам обращаться в случае, если что-то не устраивает? — спросили они.

— Вы все фиксируйте, все эти вопросы решаемы, — сказал им Лякин-Фролов и добавил: — И помните, пожалуйста, что вы первопроходцы, а начинать всегда сложно.

…После встречи с российскими учителями мы обратились в наше Минобрнауки, к первому заместителю министра Рахматулло Мирбобоеву, с вопросом об условиях.

— Знаете, у нас в стране проживает 8 миллионов человек, и у всех разные условия, — сказал он. – У всех педагогов есть мои номера телефона, мы плотно работаем и с Россотрудничеством, я никаких претензий с их стороны пока не слышал, пусть озвучивают все недостатки. А ответственная структура за этот проект – Центр развития одаренных детей. Но все равно я принимаю в его реализации непосредственное участие, так что пусть звонят мне.

«Обо всех этих проблемах мы знаем»

Специалист Управления образования по городу Душанбе Асомиддин Бобоев объяснил «АП», что учебников в столичных школах действительно не хватает, но только для классов с русским языком обучения, таджикские ученики всей необходимой литературой обеспечены вполне.

— Каждый учебник рассчитан на 3 года службы, после чего печатается новая партия. По сути, выпуск учебников происходит за счет родителей учеников: в школах они сдают деньги, и на них мы и печатаем новую литературу. С учебниками для русских классов у нас есть проблемы. Из России к нам, конечно, поступают книги, но это только учебники по русскому языку и литературе, не хватает пособий по различным предметам, — объяснил он.

Что касается оснащенности лабораторий, то, по словам Бобоева, это входит в компетенцию самих школ.

— Вы знаете, что у нас в стране подушевое финансирование. На каждого ученика в год выделяется 809 сомони, т.е. бюджет школы зависит от количества детей. Мы выделяем эти деньги, а руководство школ уже самостоятельно распределяет их на свои нужды, в том числе и на оснащение своих лабораторий, — объяснил он.

С тем, что нет в городских школах ни учебников, ни реактивов, соглашаются и директора этих учреждений. Правда, на правах анонимности.

— Я даже и не знаю, когда в последний раз моя школа получала что-то новое для кабинета химии. Это было, может быть, в начале 80-х, может – в середине. То же самое и с кабинетами биологии и физики, — рассказывает «АП» один из директоров обычной, бюджетной школы в Душанбе. – Тех денег, которые выделяет нам государство, на эти нужды не хватает, ведь купить оборудование можно только за рубежом – в России или в Узбекистане, Казахстане, а для этого туда нужно выезжать, на одни поездки сколько нужно денег.

Кстати, на сайтах казахстанских компаний, которые занимаются оснащением кабинетов химии, стоимость самого элементарного оборудования для проведения лабораторных работ на уроках химии — чуть больше 6,5 млн тенге, а это около $19,2 тысячи. И в этот набор входят только всевозможные приборы, датчики, натуральные коллекции минералов, разные измерители и учебные пособия; реактивы закупаются отдельно и каждый год.   

С нехваткой учебников в русских классах наш респондент тоже соглашается.

— Конечно, некоторые родители могут пойти и купить новые учебники, но не все, конечно. И наши учителя не могут позволить себе методические пособия для работы с новой литературой, вот и занимаемся по старым, — объясняет источник.

«У нас виртуальные лабораторные работы»

Впрочем, несмотря на отсутствие условий для полноценного обучения той же химии, наши школьники умудряются занимать призовые места на международных олимпиадах по этой дисциплине.

Например, в 2014 году таджикский школьник, учащийся таджикско-турецкого лицея, и школьная команда Таджикско-Российской гимназии-интерната «Хотам и ПВ» привезли бронзовые медали им. Менделеева с 8-й Международной Менделеевской олимпиады школьников по химии, которая проходила в Москве.

ИЗОБРАЖЕНИЕ

Оказалось, что во всех бывших таджикско-турецких лицеях все необходимое для занятий по этому  предмету было.

— Все, что надо, у нас было во всех кабинетах. Турки сами решали эти вопросы, нас они не касались, но лабораторные работы и по физике, и по биологии, и по химии проходили постоянно, — объяснил «АП» бывший лицеист.

А вот в школе «Хотам и ПВ» сумели обойтись даже без необходимого оборудования.

— Нет, свой кабинет химии мы уже давно не обновляли, — рассказал «АП» руководитель школы Абдуфатох Хотамов. – Дело даже не в отсутствии средств, а в сложности привоза этого оборудования в Таджикистан. Химические реактивы практически невозможно перевезти через границу, потому что пограничники принимают их за прекурсоры, которые используются для изготовления наркотиков, и не пропускают груз. Мы пытались завезти много раз, но сталкивались с большими проблемами и бросили это занятие.

Но выход в «Хотам ПВ» все-таки нашли: в школе проводятся виртуальные лабораторные работы, для которых ученики сами написали компьютерные программы, которые автоматически проверяют эффективность выполнения заданий.

— Ну а учебники мы каждый год покупаем в России самостоятельно. Следим за новой литературой, постоянно обновляем свою библиотеку, потому что учебники быстро морально устаревают. Плюс мы покупаем и вспомогательную литературу для учеников и педагогов, без этого ведь никак, — объяснил Хотамов.

То, что без современной материальной базы в школах в XXI веке действительно – никак, понятно. Тревожно за другое. Всех российских учителей мы постарались отправить на работу в лучшие школы Таджикистана, и оказалось, что все там (за небольшим исключением) не так радужно, как хотелось думать, исходя из их пафосных названий. Что тогда происходит в других школах, например в Муминабадском или Восейском районах? С чем работают те дети?

И еще тревожно из-за того, что на отсутствие несчастных реактивов в кабинетах химии, современных приборов в классах физики и биологии, методических пособий для учителей, вспомогательной литературы для учеников обратили внимание приезжие учителя. Похоже, мы к этому настолько привыкли, что даже вопросов уже ни у кого не  возникает. 

Следите за нашими новостями в Telegram, подписывайтесь на наш канал по ссылке https://t.me/asiaplus