В начале октября, в Душанбе состоялась выставка произведений художницы Ирины Дмитриевой-Ванн «Миры и Мифы Тимура Зульфикарова. Красавицы Таджикистана». В здании картинной галереи им. Бехзода посетителям было представлено 40 картин художницы. О своих эмоциях рассказывают посетители выставки.
«В картинах Ирины я вижу любовь и восхищение Таджикистаном через красоту и характер таджикской женщины. Здесь и земные, такие телесные, зазывающие к себе гурии, напоминающие прекрасных таитянок Гогена, и загадочные роковые женщины – Кармен; темные волосы и откровенные глаза которых «захватили» уже не одно мужское сердце. Здесь летящие с зонтиком над горами и кишлаками радостные девочки, не знающие границ в своих мечтах. В картине «Падида» юная танцовщица в сиренево-лиловом одеянии парит, кружит в вихре молодости и счастья; она уже отрывается от земли, летит в танце к небу. Среди множества женских портретов было интересно увидеть и своих знакомых, как, например, красавицу Майсару из чайханы «Рохат». Благодаря автору я увидела в Майсаре новые черты, которые раньше не замечала.
А вот и таджикская мечтательница, которая выписана автором с большой любовью и почтением. Молодая женщина на картине излучает свет, который струится не только из ее огромных серых глаз, обрамленных густыми черными ресницами, не только от выражения ее теплого смуглого лица и улыбки, но и от звезды над головой. Эта серебристая таджикская красавица напомнила мне образ пушкинской Царевны. Присмотритесь к таджикской женщине, говорит нам художница, сколько в ней огня и страсти, сколько добра, света и красоты она несет в этот мир.
Все эти портреты, несмотря на разные характеры и имена — Суман, Садбарг, Нилюфар, Гавхар, Тамирис — объединяет одно: восточные внешность и темперамент. Наша художница, как представительница разных культур — России и Китая — в одной из своих работ показала нам ценность Великого Шелкового пути, который через движение караванов с товарами одновременно передавал и принимал культуру народов, живущих вдоль его дорог.
В центре картины — прекрасная женщина, она же великолепная Ардви, в своем ослепительно разнообразном кувшинном наряде как бы говорит нам: «Я — река, несущая жизнь, красоту и смысл, и вдоль меня идут золотые верблюды, нагруженные диковинными сокровищами, и блаженные суфии, несущие новые смыслы и ценности, и я счастлива от того, что так и должно быть. И, да будет так!» И действительно, люди бывают счастливы тогда, когда общаются и несут друг другу свои загадки и новшества, когда идет взаимный обмен мыслями и идеями, столь необходимыми для развития любого народа. Ардви несет не только прекрасный кувшин, который всегда напоит путника в дороге, но и разноцветные блюда, драгоценности, украшения, браслеты, золото, бриллианты; красоту тела и души. Высокие золотые горы и белые ангельские фигуры суфиев как бы благословляют этот удивительный путь.
В картине «Согдиана» очень сочно и жизнеутверждающе показаны краски нашего края. Это работа будет всегда современна, она не устареет. Краски, которыми она написана, повторяют орнамент атласа, похожий на природу Таджикистана.
На одной из картин мы видим двух влюбленных, которые так не похожи друг на друга, но представлены нам как одно целое среди гор и чистых озер. Они так счастливы, что спрятались в этих горах, так опьянены друг другом, так блаженны, что заставляют многих посетителей галереи долго стоять и осмысливать, в чем же секрет их счастья.
Одной из самых завораживающих картин выставки является картина «Устод». Мастер изображен в красном одеянии с пиалой зерен граната, напоминающих драгоценные лалы — эти изысканные дары Любви. Его детские добрые глаза видели все: смерть, страдание, горе, но несмотря ни на что, они продолжают излучать добрый свет и силу, ведь они также видели и радость, счастье и полет. Эти глаза продолжают удивляться миру, они как бы говорят: «Люди, я люблю вас, ибо мне интересен этот мир и каждый из вас в нем». Это ницшеанская мудрость — понять все и подняться над всем бренным ради огромной любви к человеку, ради искусства и красоты просматривается и в наряде Устода, отдаленно напоминающего нам Диониса, находящего в своем легком опьянении гармонию и силу для противостояния злу.
«Будьте добрее и не проходите мимо красоты, которая царит вокруг вас!» — как бы говорит его взгляд. Где-то отдаленно в углу картины просматриваются две миниатюрные нимфы или музы, которые, по-видимому, не только вдохновляют, но и охраняют Мастера от всех ненастий…
Я пришла на выставку с дочерью и, возвращаясь, она мне сказала, что ее поразило в картинах то, как русская художница точно чувствует особенности таджикского характера, такого жизнеутверждающего, волевого, несмотря ни на какие трудности, и как бережно она передает слияние человека и природы.
